Книга Вторая жизнь Мириэль Уэст, страница 198 – Аманда Скенандор

Снаружи продолжал лить дождь. Каждая капля, казалось, несла в себе силу, способную наполнить реку до предела. Она направилась к лазарету, идя против потока опоздавших, спешащих к баржам людей.

Когда она добралась туда, Жанны уже не было. Неужели кто-то уже отвез ее на баржу? Среди этого хаоса никто не мог сказать наверняка. Мириэль еще раз осмотрела лазарет, почти ожидая обнаружить девочку, скорчившуюся за медицинским кабинетом или под пыльным старым аппаратом для гипертермии, словно это была игра в прятки. Но все очевидные укромные уголки и закоулки были пусты, а Жанна была не в том состоянии, чтобы играть.

Должно быть, кто-то уже перенес ее, решила Мириэль, несмотря на свое беспокойство. Она помогла сестре Лоретте усадить одну из последних оставшихся пациенток в инвалидное кресло и принялась толкать ее сквозь дождь к барже.

– Мы умрем? – спросила женщина, пока Мириэль с трудом везла коляску по скользким доскам на вершину дамбы.

– Конечно нет, – проворчала Мириэль, стараясь придать своему голосу больше уверенности, чем чувствовала на самом деле.

Наступили сумерки, и управлять переполненной баржей стало еще труднее. С одного конца палубу прикрывала низкая крыша, поддерживаемая толстыми опорами. Сестры собрали там пациентов лазарета. Мириэль помогла женщине, которую она вкатила на борт, лечь на низкую койку под навесом и накрыла ее заплесневелым одеялом военного образца. Она обследоваладругие лежаки. Жанны нигде не было.

Сердце Мириэль билось с нарастающей тревогой. Дождь прекратился, однако палуба оставалась мокрой и скользкой. Только намек на свет просачивался сквозь пелену облаков. Она пробиралась сквозь толпу, расспрашивая о Жанне. Некоторые были слишком поглощены несчастьем, чтобы отвечать. Другие даже не знали, что Жанна вернулась. Никто не видел ее. Мириэль попыталась покинуть баржу, чтобы вернуться и обыскать колонию, но сторож Дойл не выпустил ее.

К тому времени, как она вернулась в импровизированный лазарет, она почти задыхалась от беспокойства. Жанны не было видно, а дамба в любой момент могла прорваться, и вода хлынула бы в колонию. Все, кто не успел на борт, обречены утонуть.

Мириэль покачнулась, ее затошнило от этой мысли. Неужели все ее усилия были напрасны? Внезапно в последнем ряду кроватей она увидела маленькую фигурку, закутанную в кучу одеял. Она поспешила туда и, затаив дыхание, откинула покрывало. Жанна, свернувшись калачиком, спала на лежанке. Мириэль всхлипнула от облегчения. Бережно укрыв ее снова, она промокнула сухие губы девочки водой, затем опустилась на пол рядом с ней.

Холодные пальцы ночи теребили ее влажную одежду и ползли по коже. Она завернулась в плед и засунула руки в карманы, чтобы согреться. Письмо Чарли задело костяшки ее пальцев.

Ближайшая масляная лампа, мерцающая из-за качки, давала достаточно света, чтобы читать, и Мириэль вытащила его из кармана. Дождь промочил конверт насквозь, размыв чернила. Но она все еще могла разобрать большую часть слов. Она приготовилась к злой иронии. Однако письмо мужа – то, что она смогла разобрать, – было на удивление нежным. Да, он подал на развод, конечно, скрыв истинную причину, чтобы предотвратить скандал в Голливуде. Но он написал, что всегда будет любить ее и будет продолжать передавать ее письма девочкам. Когда-нибудь, писал он, станет возможно рассказать им печальную правду о том, почему она уехала. Его последние слова поразили ее больше всего: