Книга Шарлатанка, страница 20 – Аманда Скенандор

– Я не могу.

Она крепко обхватила себя руками и отошла к окну. Тепло солнца и знакомый вид за стеклом немного ее успокоили.

– Вам не нужно проводить осмотр самой или устанавливать диагноз. Это предоставьте мне. Все будут принимать вас за мою ассистентку, ну а мы не станем их поправлять.

– Но это же мошенничество.

– Судья его таковым не признает. Особенно если перед тем, как объявить диагноз, мы будем советоваться друг с другом.

Тусия печально усмехнулась.

– Так в этом все дело? Застраховаться от проблем с законом?

Она услышала скрип шаткого стула и звук шагов. Хорн подошел и встал рядом с ней у окна.

– Вы считаете меня дьяволом, но это не так, миссис Хазерли. Мое шоу приносит в захолустье радость и развлечение, которых там так не хватает. А мои снадобья – моральное облегчение тем, кто переживает из-за катара, паразитов или чахотки, и не причиняют никакого вреда. Присоединяйтесь ко мне, и убедитесь в этом сами.

Тусия стояла, обхватив себя руками, и молчала. Мужчины очень редко думают о себе плохо. Неважно, как он все повернул, это в любом случае жизнь во лжи.

– Подумайте о сыне, миссис Хазерли. Подумайте, как ему будут полезны свежий воздух и приключения. Это совсем не похоже на сырые, душные комнаты лечебницы.

– Я никогда не отдам его туда.

– Да, но если вас признают неплатежеспособной, то выбора не останется.

Тусия бросила взгляд поверх его плеча в соседнюю комнату. Тоби, с его слабым сердцем, и года не протянет в лечебнице. Даже если удастся вернуться на корсетную фабрику, сколько она там продержится до того, как надоест начальнику и он решит отплатить ей за фингал под глазом? И что потом?

– Вы сказали, что заплатите мой долг?

– Да, в счет ваших услуг. Вам не придется беспокоиться ни о жилье, ни о еде. У нас первоклассный повар, который готовит на всех, а у вас с мальчиком будет собственный фургон. – Он сделал паузу и добавил: – Мы прямо сейчас можем пойти в кредитную контору и все уладить.

Она неохотно обернулась к нему.

– И надолго это? Если я меняю одну кабалу на другую, то хочу знать условия.

– Я плачу своим служащим двадцать два доллара в неделю.

У Тусии перехватило дыхание. Это в четыре раза больше, чем она получала на корсетной фабрике.

– Пятьдесят, – сказала она.

– Тридцать.

– И вы не будете начислять проценты на мой долг?

– Не буду.

– Договорились, мистер Хорн.

От его улыбки у нее по телу пробежала дрожь.

– Прошу вас, как я уже сказал, друзья зовут меня Хьюи.

Тем же вечером поезд увозил Тусию вместе с Тоби и Хьюи из города. Их скудные пожитки не пришлось собирать долго: пара смен одежды, несколько старых игрушек, покрывало, оставшееся в наследство от матери, ныне потертое и выцветшее. Хьюи уверил ее в том, что у труппы есть полный набор утвари, поэтому она не стала брать щербатые миски и ржавый чайник. В глубине шкафа, спрятанный под траченной молью шалью, лежал ее докторский саквояж, со стетоскопом, отоскопом, офтальмоскопом, градусником, ложкой для языка, стеклами для микроскопа, молоточком, шприцами, пинцетом, ножничками и скальпелем. Так же там было несколько флакончиков с настоящими лекарствами – морфий, атропин, стрихнин и настойка наперстянки. Конечно же, ничего из этого ей не понадобится. Но она не могла с ними расстаться, как и с книгой «Медицина: принципы и практика».