Книга Собор темных тайн, страница 89 – Клио Кертику

Лиам поглядел в ту же сторону, что и я.

– Ты понимаешь, что сделает мой отец, когда узнает, чем мы балуемся? – спросил Фергюс, потерев нос.

– А чем мы балуемся? – поинтересовался Лиам.

– Нельзя вот так просто ссылаться на моего отца, только потому, что тебе захотелось погоняться за сокровищами!

Девушки медленно приблизились к нашему столу и остановились около него. Они перестали говорить между собой и теперь поглядывали то на Фергюса, то на Лиама. Эдит держала в руке стаканчик с кофе. Перед Лиамом оказался пакет из крафтовой бумаги, на котором виднелись масляные пятна.

– Не вижу здесь ничего такого. Как только я ознакомлюсь со всей информацией, я отошлю твоему отцу письмо с подробным пересказом, – продолжал тот.

– Вы что, ссоритесь? – воскликнула Эдит, как будто в этом было нечто радостное.

– Нет, – мрачно ответил Лиам.

Фергюс переводил растерянный взгляд с лица Лиама на его руки и качал при этом головой.

– Я просто… Ты это серьезно? – спросил он. – И что же тебе ответил епископ? Мы непременно поделимся всеми секретами, которые только знаем?

– Мне ответил пресвитер собора, сказал, что у них есть некоторые документы, к которым они могут предоставить доступ только для ознакомления.

Фергюс вращательными движениями потер зону вокруг глаз.

– Ты совсем помешался, – изрек он.

Лиам слегка замер, а потом его губы сложились в горькую улыбку. Эдит тоже это заметила и в утешение аккуратно положила руку на его плечо.

Лиам отодвинулся от нее.

– Твоя теплая учтивость даже хуже его сарказма.

Эдит распахнула глаза – от него она такое слышала впервые.

Это была последняя капля в чаше терпения. Почти каждый день, на протяжении полугода, Фергюс вот так подначивал его. Наверное, поэтому Лиам и подпустил меня к себе. Он хотел простого человеческого понимания, возможности поделиться с кем-то и обсудить интересовавшую его тему.

«Вот это день, – подумал я, глядя на отрешенную Ализ. – Что ни день – то веселье».

– Это глупо, друзья мои, вот что я вам скажу, – поднимаясь, заявил Фергюс.

– Нет, это я скажу, – холодно отчеканил Лиам и быстрее его оказался во главе стола.

Он положил доклад и, глядя на меня, сказал:

– Я больше ни слова не желаю слышать о докладе и о том, чем я занимаюсь. Первым на изучение он пойдет Кензи, а дальше как хотите.

В тот день он ушел первым.

Мы стояли, вслушиваясь в его удаляющиеся шаги.

Вся жизнь Жана Пьера чудесным образом складывалась вокруг собора. Он уже и не помнил тех времен, когда играл на скрипке около этих древних стен. Как будто это было в прошлой жизни.

Даже когда он переживал кризисы, собор оказывался рядом, он поддерживал, давал ночлег и в конечном итоге стал новым домом. Однажды пресвитер нашел Жана Пьера – так же, как послушники нашли того старика прошлой ночью, – который к тому времени стал сиротой, и отправил учиться в протестантскую школу при соборе.

Тогда Жан Пьер уже понял, что над ним властвует судьба и их с собором связала тоже она.

Раньше он часто рассматривал фасады собора, но как только поселился здесь, стал видеть их так редко, что встречи с ними можно пересчитать по пальцам. Теперь у него было много дел внутри собора.

Эта странная мысль возникла из ниоткуда. Такое бывает: вот думаешь ты о логичных, имеющих под собой основание вещах, а в следующую секунду появляется шальная мысль. Она обычно не представляет из себя ничего особенного и пропадает через считаные минуты, но оставляет в сознании едва видимый отпечаток на следующие несколько часов, как будто кто-то приложился мокрой ладонью к чистому стеклу.