Книга Собор темных тайн, страница 22 – Клио Кертику

Вода проникала всюду: заливалась под тонкую университетскую рубашку, которая была неотъемлемой частью моего ежедневного гардероба, пропитывала брюки, которые теперь висели на мне тяжелым грузом.

Я плыл на маленьком плоте, не зная точно, который сейчас час.

Жуткое, непередаваемое ощущение одиночества из-за буйства стихии. Вокруг меня раскинулся нескончаемый океан. Волны бились о плот, а вместе с ним накрывали и меня. Вода стала единственным моим попутчиком. Она окружала меня, и даже иссиня-черное небо в этой бескрайней картине напоминало бездонное море. Казалось, что еще немножко – и океан схлопнется на линии горизонта.

Дождя не было, но, судя по погоде, казалось, что он либо закончился недавно, либо вот-вот начнется. Я попытался убрать мокрые волосы, которые неумолимо лезли в глаза, когда услышал тихий всхлип.

Испытав невероятное удивление, я осторожно, стараясь сохранять равновесие, развернулся и тогда заметил, что компанию мне составляют четверо моих новых друзей. Они были здесь, со мной. Выступали против рассвирепевшей стихии.

Лиам одной рукой убирал мокрые волосы с лица Эдит, которая устроилась на его коленках, а второй крепко держался за доски нашего плота. Фергюса тошнило за борт, если это можно было считать бортом. Мое сердце сжалось, когда я увидел растрепанную Ализ. Она сидела на коленях и временами посматривала на Лиама. Всегда такая элегантная и утонченная, сейчас она была похожа на промокшую мышь. Волосы ее были завязаны в хвостик, а тонкие плечи накрывала черная мантия.

Я был невероятно удивлен тем, что плот увеличился в размерах, ведь еще недавно мне казалось, что места едва хватает на меня одного. Что с нами приключилось? Крушение?

Мне захотелось вмешаться, сказать что-нибудь Лиаму, но для этого нужно двигаться, напомнил я себе, и потому привстал. Удар – и я почувствовал, как плот накренился, уходя из-под ног.

Я распахнул глаза. И только изумленное лицо Фергюса заставило меня понять, что происходящее в океане было сном.

Фергюс поджал губы и понимающе кивнул, а затем отодвинулся в сторону. Я увидел Лиама, который склонился над столом Жана Борреля и что-то увлеченно обсуждал с ним. Эдит стояла чуть поодаль и раскачивалась на пятках, временами увлеченно кивая, когда Жан Боррель обращался к ней. И даже Ализ была тут. Она расположилась на стуле по другую сторону стола, руки сложены на тетради, в которую она, как всегда, прилежно записала свои заметки, и теперь девушка, видимо, намеревалась представить их Жану Боррелю. Я и раньше замечал, что Ализ всегда предпочитала предоставить скрупулезно выполненную письменную работу, а не открыто поделиться размышлениями на заданную тему.

Черные локоны тихо качнулись вправо, когда она развернулась к нам с Фергюсом. Встретившись с ней глазами, я резко вспомнил сон – и то, какой несчастной и жалкой она мне явилась тогда.

Я резко отвел глаза и взглянул на Фергюса. Он хлопнул меня по плечу.

– Отлично тебя понимаю, сам не сплю последние две недели, знаешь ли, – выдал он полушепотом, видимо, чтобы не мешать разговору Лиама и Жана Борреля. Непонятно, кого именно он боялся перебить. Оба увлеченно о чем-то спорили, и на секунду захотелось узнать, о чем именно, но веки были такими тяжелыми и почти болезненно гудели от полуденных лучей, проникающих сквозь зеленые занавеси окон, так что желание куда-то идти и что-то делать тут же исчезло. Гнетущее, неприятное ощущение от пережитого сна до сих пор горечью ощущалось на языке.