Книга Колодец Смерти, страница 184 – Селин Данжан

— Валериана.

— Ах да, точно, Валериана! Они всегда были не разлей вода, всегда! Можно сказать, нашли друг друга. Они приходили за велосипедами каждую среду, в любую погоду. И я предупреждал их об осторожности! Мой коллега видел, как они брели недалеко от берега. А уже в те годы случались обрушения скал из-за эрозии. Небольшие обвалы, не такие масштабные, как в 2019 году… Но все равно, даже тогда это было опасно.

— Они всегда были вдвоем? Никто никогда не видел их в сопровождении мальчиков?

Глаза старого Эчебаррия живо заблестели.

— Понимаю, о чем вы! Было еще трое ребят постарше, одного из которых, спортсмена Магида Айеда, недавно убили, — мрачно уточнил он. — Они учились в выпускном. И тоже брали велосипеды по средам. И в итоге я задал себе такой же вопрос. Но я никогда не видел их всех вместе, если вы это хотите знать.

Луиза надеялась на другой ответ…

— Но я могу рассказать вам один эпизод, который мне запомнился. Между прочим, я тогда сказал себе: Эти пятеро ребятишек грызутся меж собой, и сдается мне, у них там происходит что-то очень скверное.

— Слушаю вас.

— В ту среду холод был адский. Но, как обычно, девочки, а потом мальчишки взяли напрокат велосипеды. Около четырех девочки их вернули. Я сразу обратил внимание на выражение лица Клары — малышка была очень импульсивная, и в ту минуту глаза у нее метали громы и молнии. Значит, подходит она расписаться в реестре, и я замечаю следы у нее на шее. Красные пятна. Через пять минут появляются ребята. Вид у них тоже мрачный. И они все трое молчат, что на них совсем не похоже. И тут я вижу, что у того самого Айеда на щеке красуется царапина.

— Что с тобой случилось, парень? — спрашиваю я его.

— А, ерунда! — пробормотал он. Но вид у него был такой, как будто ему поперек горла кость встала.

Луиза нацарапала несколько слов в блокноте, а старик продолжал:

— Я подумал, что они поссорились — малышка и он…

— Вы ничего больше не узнали?

Эчебаррия покачал головой.

— Они держали рот на замке, но, если хотите знать мое мнение, — что-то у них там творилось недоброе.

Это она уже поняла. Но без доказательств нельзя рассчитывать на признания главных действующих лиц.

— Вы помните вечер 27 июня? — спросила она, чтобы завершить разговор.

— Конечно… К тому же спустя два-три дня приходили жандармы, чтобы задать мне несколько вопросов. В этот день закрывались олимпиады, школьники были повсюду, все взволнованные, возбужденные. По такому случаю Пьерро работал вместе со мной. У нас не было ни минуты передышки с четырех до восьми! Выдача, возврат велосипедов… Кроме того, надо было проверять школьные карты лицеистов, приехавших из других мест и которых мы не знали; регистрировать выдачу велосипедов им тоже. Короче говоря, сумасшедший дом!

— Могу себе представить.

— Валериана при мне расписывалась в реестре, когдавернула велосипед. Было, наверное, около половины восьмого. В тот момент я не осознал, что малышка была одна, потому что в гараже было полно молодежи, и Пьерро помогал мне регистрировать возвраты. Зато я заметил, что она явно не в своей тарелке. Бледная как полотно, и глаза красные. Правда, у меня ни секунды свободной не было, и я не спросил ее, что случилось. Скоро должно было начаться торжественное закрытие, и школьники сдавали велосипеды один за другим.