Книга Найди меня в лесу, страница 90 – Алиса Бастиан

И он искал.

С каждым днём, не завершившимся арестом.

С каждой ночью, приносящей кошмары, в которых он бьёт молотком мать, слишком поздно понимая, что на самом деле это Камилла.

С каждым часом, проведённым в этом городе убийц, тех, кто их презирает, и тех, кто их покрывает.

С каждым новым заголовком, обсасывающим смерть Камиллы и её внебрачность, словно красивый блестящий леденец, выставленный на всеобщее обозрение.

С каждым вдохом морского воздуха, которым когда-то дышали его потерянная возлюбленная и дочь, та, кого он не успел уберечь.

С каждым взглядом на серое небо, под которым ходили его мать, уронившая ему в душу семя тьмы, и его друг, лицемерный предатель.

Расмус становился всё ближе и ближе к тому, что искал.

Пока наконец не нашёл.

Пять книг, как всегда разбросанных по всей квартире. Олафу потребовалось время, чтобы найти их все и читательский билет.

Читательский билет Марты. Сегодня был последний срок возврата.

Олаф надеялся, что Марта вернётся, но она окончательно его бросила. Упорхнула из его жизни и из их затхлого городка, не дающего ей дышать. Может быть, ей не давал дышать и сам Олаф. Поэтому она оставила его наедине с её вещами, ставшими ей ненужными, с его соседкой, с этим жутким убийством. Наедине с проклятым одиночеством. А чего ты ожидал, Олаф? Так она написала ему в последнем сообщении. Он не знал, что ей ответить. Он ожидал, что она снова вернётся.

Вместо этого он шёл возвращать брошенные ею книги. Книги, к которым она никогда не притрагивалась. Наверное, ей просто нравилось ходить в библиотеку и создавать видимость духовного обогащения. Как будто Марта могла хоть в чём-то считать себя недостаточно богатой. Она брала книги, чтобы бессменные уважаемые библиотекари и постоянные посетители это видели. Олаф не понимал, зачем она это делает. Марте вовсе не нужно было чьё-то одобрение. Её мало интересовало чужое мнение. Поэтому он и женился на ней — гордой яркой птице, ценящей свободу и саму себя. Но чёртовы книги появлялись и исчезали с завидным постоянством. Олафу хотелось бы, чтобы это постоянство распространялось и на Марту.

Но на этот раз птица улетела слишком далеко.

Он вернул книги, стараясь не смотреть библиотекарю в глаза. Если Марта и правда не вернётся, ноги его здесь больше не будет. Все эти истории, выдуманные и настоящие, не для него. Его историей была Марта. И он уже не знал, была ли она невыдуманной. Была ли она вообще. Их история. Если она смогла так просто всё бросить, значит, в её глазах их история закончилась. С этим смириться Олафу было труднее всего. Он знал, что у всех историй есть кое-что общее. То, что не давало ему смириться.

В них всегда есть что-то нерассказанное.

Подходя к дому, Олаф увидел сначала одних — тех, кто жаждет новостей, крови или справедливости, потом машину других. Она была припаркована недалеко от его подъезда. Что же им понадобилось?

Не его ли они ждут?

Вмиг заледеневшими пальцами Олаф нашаривал ключи в кармане куртки. Он знал, что его. Но почему, чёрт возьми? Проходя мимо полицейскоймашины, Олаф до боли сжал ключи. Брелок с башней таллиннской церкви Святого Олава впился в ладонь острым шпилем. Олафу хотелось застыть в моменте, хотелось, чтобы эта боль не кончалась.

Чтобы не начиналось что-то другое.