Книга Кроличья нора, страница 81 – Дмитрий Ромов

— Серёжа, я, к сожалению, не Рокфеллер, — потряс он своей фиолетовой макушкой. — Ты знаешь, сколько это будет стоить? Гонорар, дорога, ассистенты, менеджеры, свет, оборудование. Ты вообще не представляешь, о чём речь. У меня тут как бы выплаты, кредиты, полный подсос по кэшу. Я сейчас, честно говоря, не смогу деньги выдернуть.

— Слушай, я с бабками помогу, — кивнул я. — Главное, Алисе не говори, что это я проплатил, а то она стопудово не согласится.

— Да ну, это невозможно. Я что, возьму у тебя деньги и буду там, типа, пыль в глаз пускать, демонстрировать, какой я крутой, а на самом деле…

— Да хорош чё ты несёшь-то! — перебил его я. — Дело-то тут не в тебе и не во мне, а в том, чтобы её состояние улучшить. Вот и всё. А про меня вообще не надо говорить. Это как бы вопрос десятый. Врубаешься?

— Ладно, — покачал он головой. — Давай подумаем немного. Прикинем…

* * *

Тренировка прошла неплохо. Сане, конечно, досталось. Покидали его знатно. Ну это было сразу ясно, с самого начала. Чем больше шкаф, тем громче падает. Ну, а я вроде как не сильно раздражил старослужащих и получил от Кости приглашение. Ну и Саню тоже записали.

— Ну что, Гагара, придёшь ещё? — спросил китаец, которого Костя сразу приставил к тому типа наставником.

Гагарин был на седьмом небе от счастья, так что «Гагару» проглотил без возражений. Всю дорогу обратную не мог успокоиться от радости, что попал к самому Косте.

— Ну вот, видишь, — усмехнулся я. — Считай, нашёл новую родину. Батя, если в Москву вернётся, ты здесь оставайся. Гагара.

— Да ну тебя! — заржал он. — Не вздумай меня так в школе назвать.

— Нет, братан, тебя Костя Сухарев окрестил. Носи новое имя с гордостью.

Кажется, отношения у нас налаживались. Я не возражал. Сын за отца не в ответе, как говорится. Впрочем, стыдно, конечно, но я и расчёт кое-какой строил. Не имел возможности не строить…

Я высадил его у элитного дома, а сам проехал через площадьСоветов, мимо главпочтамта, по Советскому, свернул к драмтеатру и оттуда уже — напрямки к себе.

Бросил тачку в гаражах. Взял сумку на плечо и пешочком подошёл к подъезду. Свет у Насти в квартире горел. Я на всякий случай ещё раз позвонил, но без особой надежды и действительно, трубку никто не поднял.

Ладно, кивнул я. Сейчас брошу вещи, одежду и двину к её родакам. Пора уже было с батей разговаривать по душам, а то что-то его душевная рана никак не затягивалась.

Тело приятно ныло после долгой паузы в тренировках. Позаниматься было приятно, хорошо. Я поднялся по лестнице, подошёл к квартире, достал ключи, открыл замок, толкнул дверь и шагнул в тёмную прихожую.

Захлопнул дверь и протянул руку к выключателю. Но свет не включил, замер… Замер и прислушался.

Мышь в груди начала тревожно царапать внутренности. Заволновалась, засуетилась. Я напрягся, как волк. И приготовился к броску. Волосы на затылке встали дыбом. В квартире кто-то был… Я не сомневался, кто-то пробрался…

По телу пробежал электрический разряд и уже не только на затылке, а вообще на всём теле волоски приподнялись, топорщась и пощёлкивая электрическими разрядами. Мышь притаилась, сдалась, замолкла, а сердце защемило, и вены наполнила юношеская, горячая и неодолимая патока, замешанная на тоскливой сладости, окситоцине, эндорфинах и чём-то ещё, о чём я и понятия не имел, вызывающем напор, томление и пожар.