Книга Кроличья нора, страница 145 – Дмитрий Ромов

— И как он называется?

— «Здрасте-насте», — ответила Лиля и залилась смехом, как хрустальный колокольчик. — Скульптура.

— Что за Настя? Ты кого-то конкретного имеешь в виду?

— Нет, конечно, что-ты. Просто надо было как-то назвать эту дуру.

— То есть, она дура? — уточнил Глитч.

— Вот сучка, — прокомментировала Алиса и глянула на Настю. Настя оставалась спокойной и доброжелательной.

— Ну не потому что глупая, а видишь какая огромная, — журчала красотка Лиля.

Она была в белоснежном платье, красивом и, наверняка, дорогущем.

— Могла бы назвать Андреем, «привет-андрей», например, — весело поясняла Лиля. — Но сейчас поздно что-то менять. Вот здесь вы можете увидеть линии. Это силуэты тела. Вот передняя часть, тут задняя, ну, и бока. Вот рука, видно вам? Короче, есть контуры. Давайте оживим их, придадим красок и заставим заиграть неземной красотой.

— Ну ты тогда сама начни ладно?

Рядом появился стол с ведёрками с разными красками, кисти, аэрозольные баллоны. Лиля взяла баллончик и поднялась по большой алюминиевой лестнице наверх. Лестниц поддерживали физрук и крепкий парень из одиннадцатого «а». Парень без стеснения смотрел Лиле под юбку. Её длинные ноги, поднятые над школой, как флаг, вызывали гордость и прилив патриотических чувств у всех учеников.

Алиса заржала.

— Кажется сбылась Лилькина мечта, — сквозь смех сказала она. — Посветить ляжками перед всей школой. Бурлеск. Ещё бы песенку оттуда спела.

Лиля, между тем потрясла баллончик и забрызгала верхнюю часть истукана зелёной краской.

— Что ты сделала? — спросил Глитч.

— Это волосы.

— Зелёные? — удивился ведущий.

— А почему нет? Новый год, ёлка. Пусть будут зелёные.

Народ начал ржать.

— Чем ярче цвета, тем веселее, — заявила Лиля и спустилась вниз.

Лестницу увезли в сторону, чтобы больше никто не пытался демонстрировать свои конечности.

Желающие потянулись на сцену.

— Пойдём, — кивнула Настя.

— Да ну, — покачал я головой. — Не пойдём.

— Обязательно пойдём.

Она уверенно прошла через толпу и поднялась на сцену.

— Так, Настя, привет! — поприветствовал её Глитч. — Ты тоже решила поучаствовать в создании образа своей тёзки? Выбирай краску.

— Красную, — улыбнулась Настя. — Я выбираю красную.

Вблизи можно было разглядеть контуры, нанесённые на болванку. Абрис на передней части очень сильно напоминал одну из фоток Насти с той самой, скандальной фотосессии, о которой все давно забыли. Кроме Лили. Вот же змея. Я покачал головой.

Лиля и ещё несколько девчонок стояли на сцене и смотрели на Настю с плохо скрываемым злорадством. Картонный цилиндр был частично размалёван, но белых мест оставалось ещё много.

— Красный! — воскликнула Настя и провела кистью через весь фасад, перечёркивая всю эту композицию сверху вниз.

— Красный, конечно, — засмеялась Лиля. — Ну, какой же ещё?

Окружавшие её подруги тоже засмеялись

— Извини, пожалуйста, — сказала Настя и подошла к ней ближе.

— Ничего, — сквозь смех ответила Лиля, а Настя, ничего больше не говоря… вылила краску из ведёрка на белое, как холст платье Лили.

Одним движением. Атмосфера сразу изменилась. Лиля закричала, и крик её повис в тишине.

— Я такая неуклюжая, — улыбнулась Настя, вручила Лиле пустое ведёрко и начала спускаться по ступенькам со сцены.

Всё смолкло и даже возникло чувство, будто окружающий свет погас, а её путь высвечивали пушки-софиты. Настя шла с независимой, но доброй улыбкой. Тонкая, красивая, светящаяся. Ножки, каблучки, талия, плечики. Конфетка…