Онлайн книга «Кроличья нора»
|
Она в ужасе смотрела на тело двоюродного брата. — Ты что наделал, Костик! — заголосила она. — Он же… Снова раздался выстрел и прервал её на полуслове. Не договорив, Ксюха упала рядом с Рамиресом. Пятак наклонился и вложил пистолет в руку Ксюхи. Наверное было две пушки. Это я толком не видел, но в принципе было бы логично. Похитили ребёнка, не поделили выкуп и перестреляли друг друга. И заложницу тоже. Пятак поднялся, будто чувствуя опасность, ощерился, огляделся и уставился на палеты. Прямо туда где за ними стоял я и целился ему в голову. Я положил палец на спусковую скобу. Плавно. Почти нежно. И надавил… Время замедлилось. Неторопливо лязгнул затвор, сработали механические части, боёк ударил по капсулю, воспламенился порох, и пороховые газы заставили пулю с огромной силой и скоростью вылететь из ствола. Как нарочно, Кока Пятипалый шагнул в сторону, и пуля прошла в миллиметре от его головы, шаркнув по уху. И тут же я услышал жужжание моторов. Над Пятаком висел небольшой дрон. Наверное, Чердынцев запустил. Пятак бешено крутанул головой, не понимая, откуда стреляли. На лице его отразилось недоумение, и я выстрелил ещё раз. В этот раз метил в корпус. Пуля ударила в плечо. Пятак дёрнулся выхватил пистолет и дважды выстрелил в палеты. А потом рванул в сторону гаража. Я выскочил из укрытия. — Пятак! — крикнул я. Он резко обернулся и, не целясь, шмальнул на голос. Шмальнул и не попал. Я тоже выстрелил и… попал. В грудь. Конкретно. Ноги у него подкосились, и он медленно опустился на колени. Несколько мгновений постоял, глядя на меня недоумённым рассеянным взглядом и завалился на бок. Я подбежал, пнул ему по руке, сжимавшей пушку, отбросил пистолет подальше. На губах Пятака пузырилась пена. Уйти он уже не мог. Да и пусть бы шёл. Над нами кружил чёрный жужжащий дрон и вёл прямой репортаж. Смертельное реалити-шоу. Я бросился к гаражу. Дверь оказалась незапертой. В груди было горячо. Сердце разрывалось от тревоги. Посреди здорового бокса стоялнебольшой трактор, а поодаль, уткнувшись в ворота — «буханка». Подлетев к «буханке», я дёрнул задние двери. Они распахнулись и… я увидел Настю. Она лежала на металлическом полу. Руки и ноги были замотаны скотчем. И рот заклеен. Я вскочил внутрь и ножом Рамиреса быстро перерезал путы. — Всё-всё, милая, — прошептал я. — Всё закончилось… Она лежала тихо, не шевелилась. Просто смотрела на меня, а из глаз её катились слёзы. Сердце сжалось… — Сейчас… погоди, я отлеплю. Сейчас, Настюш… Я наклонился над ней и подышал на скотч, пытаясь немного нагреть. Настя хлопала ресницами, глядя на меня. Я подцепил за краешек и осторожно потянул ленту. Она отрывалась тяжело, липла к коже и волоскам. Настя зажмурилась и тихо застонала. — Всё… всё… — прошептал я. — Чуть-чуть ещё… Вот так… Она несколько раз сглотнула, провела языком по пересохшим губам, открыла рот… но сказать ничего не смогла. — Знаю, знаю, — кивнул я и провёл кончиками пальцев по её щеке. — Не говори. Сейчас найдём воду. Сейчас мы всё устроим. Я начал растирать её руки и ноги. Посадил её, привалив спиной к борту. Она молчала, смотрела и плакала. — Пошевели пальцами. Заледеневшие, окоченевшие руки шевельнулись. — Вот так… Хорошо. Ты молодец. Просто молодчина… Она едва заметно покачала головой, и в тот же миг грохнул выстрел, и по металлическому борту «буханки» хлёстко щёлкнула пуля. Я резко толкнул Настю на пол и упал сам, потянулся за своей пушкой, но не успел. |