Книга Ты здесь, а я там, страница 77 – Евгений Меньшенин

Я вошел в дом, не разуваясь, прошел на кухню, посмотреть, что они сделали за день.

И уставился на пол.

Зев подвала раскрылся в голодной просьбе. На ум пришел тот рассказ, «Добрый дом» или как он там назывался.

Я заглянул вниз. Думал, увижу огромный язык и зубы, но там были только труба, счетчик и лужа на дне.

А потом я заметил на полу в черных следах от ботинок капли крови. Мне сначала показалось, что это ржавчина или какой-то строительный раствор. Краска, в конце концов. Но нет, это была кровь.

Я долго вертел в голове вопросы, разглядывая капли. Что случилось? Кто-то умер?

Но я решил, что мужики забыли закрыть подвал, а не убегали в спешке. Кровь на стройке – это более чем обычная вещь. Скажите мне, кто не ранился во время ремонта и строительства? Мне кажется, все дома построены на крови. Нет такого здания, которое при возведении не было орошено кровью. Наверняка кто-то из парней порезался в подвале, вылез, перебинтовался. Пару капель. Ерунда.

Кровь я обнаружил и в коридоре. Следы вели к двери.

Я не стал заморачиваться. Закрыл подвал – я отлично помню, как опустил крышку на место! – и ушел гулять с Маришкой.

Мы пошли в парк. Погода была отличная. Я подарил ей плюшевую игрушку. Маришка тащилась от котов, как я в детстве – от фильмов ужасов. Я увидел плюшевого кота в магазине рядом с офисом во время обеда. Сразу вспомнил о Маришке. Однажды она рассказывала про рыжего кота, он приходил к ней во сне. Маришка утверждала, что вместо зубной феи ей деньги подкладывает этот кот (знала бы она правду). Как раз такой смотрел на меня с витрины.

После прогулки с Маришкой я зашел в кафе, поужинал. Дома я все равно бы не смог ничего приготовить.

Около одиннадцати вечера я вошел в грязную квартиру. Прислушался к тишине.

Раньше по возвращении я произносил: «Дорогая, я дома». Не по привычке. Я никогда так не делал, когда жил с Кристиной, но стал делать, когда переехал. Говорил это квартире. Думал, если я ее полюблю и буду относиться к ней хорошо, то и она меня полюбит. Но в последнее время я перестал с ней разговаривать. Не чувствовал, что она меня ждет, не чувствовал, что я ей нужен, как сказал Владимир Игнатьевич. Нет, дорогой сосед, не всякая квартира хочет иметь хозяина. Или как он там выразился?

Я чувствовал, что квартира номер пять ненавидит меня.

Я молчал. Она передразнивала меня еще более мертвым молчанием.

Прошел не разуваясь, снял куртку, отправился на кухню, выпить воды, и замер.

Я выругался. Причем так мощно, что, кажется, убил несколько комаров.

Подвал был открыт.

Я смотрел на него, хлопая глазами, потом огляделся, обошел всю квартиру. Пытался найти следы того, кто был у меня дома. Это могли быть рабочие, за неделю они легко могли сделать дубликат ключей. Только нахрен он им был нужен? Ведь они видели, что у меня ни черта нет.

В квартире все лежало на своих местах. Если бы незваные гости решили, что я храню деньги в книгах, то они не смогли бы их проверить, не смахнув толстый слой пыли. Нет, книги не трогали. И вообще, никто не рылся в моих вещах.

Тогда, возможно, я кого-то запер сегодня, когда вернулся домой и закрыл крышку подвала. Внизу кто-то был, проверял трубы или еще что-нибудь.

Но как тогда он вышел из квартиры и запер за собой дверь? Без ключа!