Книга Солнце в силках, страница 109 – Марина Сычева

– Ты ей нравишься, – отметил Бэргэн, глядя на то, как Тураах возится с дружелюбной лайкой. – К злому человеку Эрэллэх не подойдет: очень чуткая.

– Красавица!

– Раз вы друг другу приглянулись, станет тебе, удаган, спутницей на охоте. И мне будет спокойнее. Эти лайки на оленя уже ходили, след возьмут легко. Остается дождаться погоды.

Бэргэн выбрался из обступившей его пушистой своры и прищурился:

– Что случилось, Тураах? Просто так ты не появляешься.

– Ничего нового, я, скорее, за старым… Меня долго не было, и многого я не знаю. Скажи, Бэргэн, что стало с Тайахом?

– Хотел бы я это знать… Похоже, я последний, кто видел его здесь. Ойуун ушел в тот же день, что и ты: сказал, что должен срочно вернуться в свой улус. Я дал ему своего коня. Серый вернулся под ночь, и я решил, что Тайах-ойуун добрался до дома, но… – Бэргэн взглянул на Тураах и заговорил осторожно: – Я не слишком понимаю, что у вас тогда произошло. Смерти на охоте, волнения в улусе, гибель Чорруна – все это наложило на Табату отпечаток. Брат замкнулся и, думаю, винил в произошедшем себя. Он не покидал улус. Боялся, что его не будет рядом, когда понадобится помощь. Однако судьба наставника его волновала: расспрашивал меня и говорил с приезжими. И все в один голос твердили, что на родину Тайах-ойуун так и не вернулся.

Тураах кивнула: слова Бэргэна подтверждали ее догадки.

– Уверен, брат пытался найти Тайаха своими, шаманскими методами. Нашел ли – не знаю, но с каких-то пор перестал даже упоминать имя наставника.

– Похоже, старый ойуун погиб. Погиб нехорошо, – отозвалась Тураах. – Я видела его тень неподалеку. И это как-то связано с тем, что случилось с Табатой. Бэргэн, я боюсь, в поисках Табаты мы столкнемся с чем-то очень темным и сильным.

Над головой мелькнула тень, на миг затмив звезды. Тураах улыбнулась знакомому шороху крыльев и привычно подставила Серобокой руку.

– Что слышно в лесу? – спросила она устроившуюся на руке подругу и протянула ей любимое лакомство – сушеные ягоды.

– Крарх, тишина и спокойствие! Оленя поблизости нет, вер-рно говор-рю! Семья ближайшие тропы облетает постоянно. А куда не доносят кр-рылья – любопытные сестры клюв суют все равно: сороки на хвосте приносят иль соседские стаи.

– А тень? Тень видели?

– Нет тени, пропала! Раньше бр-родила, выпивала последние крохи жизни у мелочи, что в силки попадалась. Сейчас сгинула.

– Плохо… Вот уж действительно, ни следочка…

– То гиблое место, что выжег Табата… Старая ворона сказку про такое сказывала, давно… Сейчас не спросишь: нет ее, матушки. Мол, есть в тайге черная прогалина с мертвым деревом посредине – страшное место. И хозяин там не живой, да и не мер-ртвый, застрял на грани.

Тураах вздрогнула. Ей снова показалось, что она упускает нечто важное. Не может нащупать в памяти.

– Что еще говорила старая ворона?

– Облетать стороной, коль увидим. Непросто найти то место: нет его ни на севере, ни на юге. Бродит оно само по тайге – то тут, то там покажется. Наверное, тоже посредине застряло.

– Уж больно на детскую страшилку похоже.

– С духами шепчешься, удаган?! – Тураах вздрогнула. Тимир шагнул ближе к едва тлеющему костру.

– А если бы правда шепталась, а тут ты влез? – грозно изогнула брови Тураах, скрывая улыбку. Задорные нотки в голосе кузнеца оказались такой неожиданностью, что подыграть было в радость.