Книга Кровь Дома Базаард, страница 401 – Дина Шинигамова

Еще одна улица осталась позади, и, оглядевшись, Лиан поняла, что до «Дикой Луны» осталось минут двадцать. Она остановилась, опустила корзину на землю и потянулась, распрямляя занывшую спину.

Каро опустился на указатель, обозначающий границу квартала воронов, и посмотрел вперед. С наступлением вечера видимость еще ухудшилась, туман посерел и поднялся выше, зато улицу отмечали огоньки зажженных факелов.

«К щербе эти догонялки, – подумал он, вновь поднимаясь в воздух. – В следующий раз пригрожу, что нажалуюсь ша-Базаарду, и всё. И посмотрим, чье упрямство сильнее, Владыки или наследницы».

Взмыв над крышами, Каро сделал несколько мощных взмахов, ловя воздушные потоки. Отставать от Лиан ему надоело, и ворон решительно устремился вперед, намереваясь догнать шибет, даже если она будет ворчать и ругаться.

Тито отлично видел его – щуплый мужчина стоял за углом дома, откуда открывался прекрасный обзор на улицу. Факел он предусмотрительно загасил заранее, и теперь тени и туман укрывали его плотной пеленой.

Первым порывом Тито было оглушить его, а потом уже разбираться, но мужчина пошевелился, и Тито ругнулся: серо-синий сюртук и синяя повязка на рукаве. Дом Турике.

Ритуальная схватка, в которую никто – даже осатэ – не может вмешиваться.

Он перевел взгляд на шибет: та стояла, упершись руками в поясницу, рядом с какой-то дурацкой корзиной и смотрела в другую сторону.

Тито вновь перевел взгляд на шакала и увидел, что тот двинулся через улицу – неслышно и едва различимо в своей темной, плохо заметной в сумерках одежде.

Лиан почувствовала движение воздуха раньше, чем что-то увидела, чем ощутила чужое сознание в таэбу.

– По праву Игры Дом Турике вызывает тебя. – Официальная формулировка прозвучала одновременно с замахом, и в тусклом свете факелов мелькнул шибасу – широкий и тяжелый, смертельно опасный.

Лиан дернулась в сторону, спотыкаясь о корзину и теряя равновесие. Покатились по земле яблоки. Она сделала пару неловких широких шагов, и на долю секунды паника захлестнула сознание, спину заломило в ожидании, казалось, неминуемого удара. Лиан мотнулась влево, ощущая, как кончик шибасу цепляетткань жакета.

Она сама не поняла, как развернулась к шакалу лицом, когда успела стряхнуть с запястья браслет, превращая его в рикун. Рукоятка привычно легла в ладонь, и дальше тело начало действовать само. Отточенные годами тренировок движения.

Таэбу шибет, еще мгновение назад полыхавшее паникой, словно лесным пожаром, вдруг успокоилось, превращаясь в лаву. Она ушла от удара, распоровшего ей одежду, и развернулась, готовясь атаковать.

Стоило отдать должное мастеру журавлей – тот не зря считался одним из лучших учителей. Шибет двигалась с неожиданной сноровкой, юркая и быстрая, явно просчитавшая движения противника, в то время как шакал вкладывал слишком много сил в каждый замах, неумело орудуя тяжелым шибасу. Это оружие больше подходило кому-то крупному, типа тигров. Турике же, видимо, полагался на инерцию и вес клинка, надеясь, что даже один удар станет если не смертельным, то приведет к серьезному ранению. Вот только шибасу тянул его за собой и выжирал силы на каждом движении. У шибет с ее легким рикуном было куда больше шансов, и держалась она сосредоточенно, но уверенно и почти спокойно.