Книга Как поймать монстра. Круг третий. Книга 2, страница 8 – Арина Цимеринг

И то, что заменяло Киарану воздух – нечто, существующее не в форме атомов, ядер и электронов; пространство, для которого нет физических формул и уравнений; пространство, в котором Киаран мог дышать,– бурлило от переполненных энергией частиц, когда мистер Махелона смотрел на него в ответ.

Волна, состоявшая из чистой, незамутненной энергии, ворвалась в тело, когда мистер Махелона сказал:

– Я обещаю тебе, что мы с этим разберемся.

То, что создавало поток невидимых частиц, которые связывали их, когда мистер Махелона сказал:

– Тогда пообещай мне, что ты сделаешь все, чтобы выжить.

То, что попало в его кровь, соединяясь с молекулами кислорода в волшебнуюцепочку элементов. Насыщало эритроциты и лейкоциты, заполняло изнутри мышцы, органы, ткани, сосуды и вены, добралось до сердца и вновь запустило его.

И когда насыщенная частицами кровь заставила диафрагму сократиться и вновь расшириться, Киаран сделал первый вдох.

А затем открыл глаза.

* * *

Она открыла глаза.

Сначала не было ничего. Ни света, ни запахов, ни звуков.

Затем появились углы под спиной, влажность воздуха. Волосы на лбу слиплись от пота, виски пульсировали в такт с сердцем. В руке что-то было сжато. Зажигалка, тут же поняла Джемма.

Она так и заснула: сидя, сжав почти севшую зажигалку. Кулак был стиснут, словно кто-то мог в любой момент попытаться ее отнять. Джемма щелкнула на пробу – и посреди космического непроницаемого вакуума в глаза ударил свет. Заслонившись ладонью, Джемма проморгалась, а затем повела рукой вокруг.

Все то же место. Все та же пещера.

Она повернула голову. Винсент лежал в метре, свернувшись на боку, спиной к ней. Плечи его чуть двигались от дыхания. Поднимались и опускались медленно, равномерно. Спал.

Джемма посидела еще немного, прислушиваясь к собственному телу. От неудобной позы оно возмущенно гудело, ни одна мышца не хотела подчиняться. Но мысли уже работали – и они были злыми, острыми.

Так не должно быть.

Они не должны были снова оказаться здесь.

Окончательно разбуженная собственной злостью, она аккуратно, почти беззвучно приподнялась, опершись сначала на руки, потом на колени, и встала. Ноги занемели, и, когда она распрямилась, ее шатнуло вперед, камни раскатились по полу. Винсент шевельнулся во сне, но так и не проснулся. Сколько они бродили по этим тоннелям, прежде чем выбиться из сил? Сколько раз возвращались сюда? Джемма потеряла счет.

Вытянув руку с зажигалкой, она сделала несколько шагов от спящего Винсента, чтобы размять ноги. Будить его не хотелось: это означало разговоры, а ей нужно было подумать. Нужно было иметь какой-то план, когда он проснется. Чтобы посмотреть ему в глаза и пообещать, что она сможетвытащить их отсюда.

Взгляд сам упал на еле виднеющийся в тенях провал – и Джемма, осторожно переступая через кучи камней, медленно пошла к нему.

Встав на самый край – мыски черно-серых подранных кроссовок уперлись в неровную полосу борта, – она отпустила колесико зажигалки. Мир вокруг снова погрузился в темноту.

«Очаг, – подумала она. – Это место должно бытьочагом».

Она попыталась думать, как Норман или Доу – кто-то, кто мыслит не физикой движений, скоростью, ловкостью или силой; не рефлексами и чутьем. За это время она хорошо их изучила. Теперь их голоса – дружелюбный и едкий – звучали в ее голове, насыщенные и живые, как настоящие. Будто они могли прямо сейчас стоять за ее спиной, пререкаясь о терминах, значениях, способах и результатах.