Книга Как поймать монстра. Круг третий. Книга 2, страница 68 – Арина Цимеринг

Она снова посмотрела вниз, на остатки тела несчастного. И сказала:

– По-английски они называются фоморы.

– Я понимаю, что, может, сейчас не время, – Айрин выглядела так, будто готова сплюнуть свой вопрос на землю, – но если вернуться к делу… Если он высасывает из них энергию, то делает это для чего-то, а не просто так. Сожрать целого чело… фомо… сожратького-товсего лишь для иллюзии? С учетом происходящего здесь для такого демона это мелковато.

Она нервно дернула плечом и теснее сжала руки на ружье.

– Так для чего он сейчас так сытно отобедал?

* * *

Норман даже не спрашивал о плане: просто послушно следовал коротким приказам Доу. Ешь, пей, положи в карманы, не тормози, возьми с собой. Это вселяло чувство безопасности – рядом кто-то еще, и этот кто-то знает, что надо делать.

Когда они затушили костер, холод вернулся. Одежда не просохла до конца и вряд ли вообще когда-нибудь просохнет на холоде, так что Норман просто смирился с тем, что ему предстоит проделать весь путь в ледяной куртке, – и если он не свалится с температурой к вечеру, то, возможно, это не помешает ему выжить. Если Доу справлялся, то и он справится.

Вода за ночь закончилась, и Доу, растопив снег, наполнил и флягу, и пустую пластиковую бутылку. Несмотря на холод, он действовал молча, собранно и быстро, и Норману оставалось только в кои-то веки завидовать: сам он до этого даже, наверное, не додумался бы.

Когда они спустились к реке, Доу наклонился и поднял что-то с земли.

– Серьезно? – Он уставился на Нормана. – Она все еще с тобой?

Норман выхватил кочергу из его руки:

– Это мое единственное оружие! Что тебе не нравится?

– Как минимум то, что это твое единственное оружие, – скептично сказал тот, а затем спросил: – С какой стороны была ракета?

Ориентируясь по пещере, которая все еще торчала черным зевом из воды, – они оба избегали на нее смотреть, – Норман указал в ту точку на небе, где, предположительно, видел красную взмывшую вспышку.

– Это Махелона, – сказал Доу, вглядываясь в небо. – У нас не было сигналки, мы нашли ее в лагере. Это он, больше некому.

– Значит, он жив, – радостно повернулся к нему Норман.

– Да. – Доу продолжал смотреть вверх,сощурившись, а затем сосредоточенно кивнул. – Пошли.

Ботинки больше не хлюпали, но были холодными и противными, и Норман кривился при каждом шаге. Стоило начать идти, и больная нога тут же о себе напоминала. А вдруг разовьется гангрена? И ногу придется ампутировать? Так, ладно, не думай об этом.

Но как только он перестал думать о себе, мысли тут же вернулись к Доу: к темноте пещеры, к луже крови, скопившейся под чужой головой. К злым словам, брошенным в ночной воздух: «Никто меня не заставлял». Норман прекрасно умел выстраивать логические цепочки, и провести тут связь было несложно. Самайн мучит их, играя на самом болезненном, самом невыносимом – на том, что они годами хоронят в себе, превращая в оберегаемый кровоточащий секрет.

Самый кровоточащий секрет для Доу, наверное, он сам. Быть не человеком и не монстром на стыке двух миров? Норман не мог себе представить, каково это.

– Я слышу, как в твоей голове грохочут винтики, библиотекарь.

Он вздрогнул. Доу шел впереди, все еще в дождевике поверх куртки. «Пластик не дает воде испаряться, – сказал он, – и позволяет воздуху внутри нагреваться, так что это было правильным решением». Норман этого не знал: просто порадовался, что в итоге сделал хоть что-то верное.