Книга Как поймать монстра. Круг третий. Книга 2, страница 199 – Арина Цимеринг

Ни мороз, ни леденящий ветер, ни ломота в теле больше не имели значения: Киаран не чувствовал, как врезается в него снег. Он даже не заметил, как перестал дрожать.

– Что? – услышал он голос мистера Райса.

– Нам нужно идти, – повторил Киаран рассеянно, не отрывая взгляда от ночного леса.

Кажется, мистер Джей что-то сказал, но Киаран его уже не слушал. Все перед ним заслонило направление, будто само пространство раздвинулось, подчинилось и выстроило одному ему видимую дорогу. Он сделал первый шаг – и не пошатнулся. Холод, ломота в мышцах, свинцовая тяжесть в костях исчезли так внезапно, будто их никогда и не было. Ему стало странно легко: ноги двигались сами, точно кто-то потянул за ниточки и он просто… подчинился. Это было так же естественно, как и дышать.

– Киаран! – услышал он за спиной голос мистера Райса, но не обернулся.

– Быстрее, – бросил Киаран, делая еще один шаг и еще. – Пойдемте!

Он ускорился, – ощущение было такое, что если он захочет, то может просто перелететь весь этот лес. Кто-то попытался схватить его за руку, и Киаран даже не понял, как запястье выскользнуло из чужой хватки: словно ничего не могло удержать его на пути к источнику этой силы. Тело было легким, почти невесомым – а все остальные двигались слишком медленно, чтобы помешать ему.

Возможно, именно так ощущала себя мама, когда уходила. Ничто не могло ее остановить – и ничего больше не было важным.

– Киаран! – прозвучало где-то далеко за спиной. – Стой!..

Оставалось только оно: направление, которым ты должен следовать.

– Останови его, Рон! Куда он?!

К мистеру Махелоне.

* * *

Из темноты всплыла мысль о дедушке.

На мгновение она показалась забавной – как бы, ох как бы он разозлился, верно? Ты ведь везде напортачил, болван!– затем печальной. Потом она исчезла, как постепенно исчезало и все остальное.

Темнота поглощала все, чем он когда-либо был.

Кажется, Доу когда-то назвал это заумным вычурным словом, но и оно давным-давно растворилось – Кэл бы не вспомнил, даже если бы захотел. Вероятно, скоро он не вспомнит и о том, кто такой Доу – и Норман, и Джемма, и дедушка…

Кто-то из них должен убить его.

Эта мысль была якорем, дававшим Кэлу спокойствие.

Они справятся. Так или иначе, они или другие агенты – кто-то найдет способ убить его и запечатать Самайна, даже если Кэла уже не будет, чтобы это увидеть. Вряд ли он теперь вообще когда-либо что-то увидит – зрение Самайн сожрал первым.

Кэл понимал, что его тело движется, – но чувствовал это не через нервы и мышцы, а отдаленно, как ощущается сквозь сон на лодке качка волн: чужое, внешнее движение, не имеющее отношения к нему самому.

Он не видел и не слышал, что происходит вокруг. Мир исчез – осталась только густая, вязкая тьма. Он плыл в ней, как островок, оторванный от суши. Маленький кусочек оставшегося у него «я» – лампочка, тускло горящая в темноте.

Иногда к нему сквозь тьму приходило знание: тело идет вперед. Но куда? К чему? Кэл не знал. Все, что было ему доступно, – это медленное, тягучее ощущение, будто его куда-то тащит мощное течение. Волны этого черного потока лизали края островка сознания, он сжимался, крошился. Песчинки его «я» постепенно смывались, уносились потоком – и от крохотной искры, которую теперь представлял собой Кэл, оставалось все меньше и меньше.