Книга Как поймать монстра. Круг третий. Книга 1, страница 93 – Арина Цимеринг

Он выглядел все несчастнее и несчастнее, пока продолжал говорить. Нет, поправился Кэл, не несчастнее. Обреченнее.

— Леннан-ши по своей сути существуют, чтобы питать своих хозяев эмоциями, в которых есть потребность. Поэтому поэты и художники находили в леннан-ши муз, поэтому нас называли «покровителями» — мы подпитываем людей энергией, вдохновением, наполняем силой.

Киаран неуверенно поднял на него взгляд.

— Взамен мы питаемся их отношением… — Он запнулся, будто ему было неловко. — Привязанностью. Если положительных эмоций много — мы живы. Мы полны сил, мы можем пережить что угодно, потому что в нас течет не одна жизнь, а две. — Он заторопился: — Если их мало — не страшно, мы можем выживать, голодая. Но… если есть отторжение, безразличие, пустота — рано или поздно мы умрем.

И сжал губы так сильно, что те слились с белым лицом, прежде чем сказать:

— Если человек хочет, чтобы леннан-ши… Я имею в виду… Если человек хочет, чтобы леннан-ши был рядом, то леннан-ши не сможет уйти. Если человек хочет, чтобы леннан-ши был здоров, мы никогда не заболеем. Если человек хочет, чтобы леннан-ши оставался жив, мы не умрем, даже если нас отравить или скинуть со скалы.

Кэл остановил его ладонью. Потом помолчал, раздумывая над услышанным. Во время его молчания Киаран выглядел таким несчастным, будто он сейчас передумает, скажет отдать пистолет и действительно пристрелит его, — но Кэлу все равно нужна была пауза, чтобы понять то, что он сейчас услышал.

— Ты выжил в тот раз, — пробормотал он задумчиво, — потому что я…

— Да. Но если человек хочет, чтобы леннан-ши умер, леннан-ши умрет. В конечном счете, — он сглотнул, — мы полностью зависим от желаний своего хозяина. Настоящих желаний. Тех, что не подделать. Историиизвестны случаи, когда это нас спасало. Но куда больше — когда это нас убивало. Просто у фактов короткая память, а у человеческих фантазий — длинная, и они имеют свойство становиться легендами.

Они оба замолчали. Казалось бы, маленькая деталь — ну вот тебе еще факт, как работают «животворящие» ирландские леннан-ши, но на самом деле эта деталь ставила ситуацию с ног на голову. Меняла весь контекст.

Кэл задумчиво поскреб лоб:

— Ты этого не говорил.

— Я… я рассчитывал… — голос Киарана превратился в виноватый ломкий лед, — я думал, что если вы не будете знать… если вы не будете знать, что, пока вы меня ненавидите, на вас моя смерть никак не отразится, то побоитесь меня убивать, — наконец признался он на выдохе, глядя куда-то Кэлу в ботинки. — Я просто хотел еще немного… пожить. Даже связанным. Даже под дулом пистолета. Еще чуть-чуть. — Господи.— Даже зная, чем рано или поздно это закончится.

— Ты не знаешь, — жестковато оборвал его Кэл, — чем это закончится. Давай сейчас не…

— Мне говорили, что если я встречу своего х… свою жертву, то, скорее всего, умру.

«Ну что ж, вот откуда у тебя страсть к хреновым предсказаниям», — хотелось мрачно пошутить Кэлу, но, глядя на лицо Киарана — такое, будто он готов лечь на погребальный костер вот прям сейчас, — шутить расхотелось вовсе.

— Моя мать так говорила. Так что, несмотря на обстоятельства… Когда мы встретились… И когда все это началось… Я знал, чем это закончится. — Киаран все еще не смотрел на него, хотя говорил уже спокойнее. — Всю жизнь знал. «Дойтер крои андьюн го гил, эйх го гэйста». Это значит: «Человеческое сердце горит ярко, но быстро». В том смысле, знаете… Близкие отношения у людей недолговечны. А мы так не можем… Мама как-то сказала, что природа — жестокая шутница, потому что создала вид, заранее обреченный на вымирание.