Книга Как поймать монстра. Круг третий. Книга 1, страница 87 – Арина Цимеринг

Отодранная полиэтиленовая упаковка слетела с пальцев. Гонимая отсутствующим ветром по подмерзшему снегу, она тут же была утянута туманом — тот поглотил ее без остатка.

Был и еще один человек, который оказался прав.

«Это не он, Кэл. Мы привели с собой в этот дом кого-то другого».

Кэл спрятал огонек зажигалки в ладони — а потом убрал руки в карманы, затягиваясь и глядя в непроницаемый туман. Табак горчил во рту.

Они не поговорили об этом, когда расходились. Не сочли нужным. Да и времени не было. Кэл смотрел на Джемму, а Джемма смотрела на него — и они оба это понимали. В их работе нельзя ставить личные отношения на первое место, и, вооружившись этим правилом, они всегда составляли отличную команду.

Ни одиночка Доу, ни ведомый Норман ничего не могли сделать, когда костяк этой команды начал распадаться. Очень умно, оценил Кэл. Почти стратегическиумно. Расколи самый крепкий камень — и все остальное посыпется само.

Именно поэтому Самайн начал с них. Нашел трещину в самом уязвимом месте между ними — и с хирургической точностью начал работать скальпелем.

«Ведь ты не хочешь быть спасителем. Трудно кого-то спасать, когда тебе все равно».

«Только вот мне не все равно», — подумал Кэл. Стоило сказать это, когда они прощались. Но он не стал. Теперь жалел.

Но их работа всегда была на первом месте. Опасная, неблагодарная и сложная работа — в которой единственным плюсом был приличный баланс на банковском счете. И люди все равно брались не ради денег — может, только единицы. Было что-то другое, что толкало их на этот путь. Сострадание. Желание помочь. Спасенные жизни. Решение загадок. Избавление мира от угрозы.

Но начиналось все, конечно, с личной истории. У каждого из них была такая.

То, что привело тебя сюда. То, что привело Кэла в Кэрсинор, к кофейне, где он попросил сироп со вкусом вселенской тьмыу смазливого пацана в переднике, — а затем, сегодня, к этому туману. То, что привело Джемму к тому решению, когда, спасая Блайта, она скрылась в ночи, полной чудовищ. То, что привело Доу в тот лес, в ту минуту, когда Кэл беспомощно потерял его из виду. То, что привело Нормана к бабке-призраку, выбравшей его своим голосом, к пентаграмме из чужой крови, к чужой руке, которую он отпустил.

Кэл глубоко затянулся, наблюдая, как пепел с сигареты медленно исчезает в тумане.

Сейчас они все оказались порознь, разделенные туманом — продолжением Его воли. Но разделил Оних гораздо, гораздо раньше — когда они перестали друг друга слушать. Онвытравливал им нервы, сеял сомнения, рождал предубеждения, за руки уводя их в разные стороны друг от друга. Онподарил каждому по секрету, который никому нельзя было рассказывать. Когда они говорили друг с другом, то слышали только подозрения и недоверие.

И Кэл подумал о последнем человеке, который тоже мог оказаться прав.

Он подумал о Киаране, лежащем под этими сваями, — в крови, напуганном, вцепившемся красными пальцами в снег. О том, сколько правды Кэл слышал в его голосе — и как пристально разбирал каждое слово на составляющие, силясь найти там ложь. Он никогда в жизни не был таким подозрительным. Кэл доверял себе и своему чутью отличать ложь от правды.

Но этот — ирландский — Кэл так боялся оказаться обманутым, что превратился в невротичного параноика. В антипода самого себя: в человека, который никак не может принять решение.