Онлайн книга «Как поймать монстра. Круг третий. Книга 1»
|
За беспорядочностью пересечений и новых ответвлений воспаленному уму виделась какая-то зловещая логика. Каждый раз, останавливаясь на развилке и ожидая, пока фонарик в руках Винсента выберет направление, Джемма пыталась постичь ход мысли неведомого строителя. Почему именно здесь? Почему где-то встречаются проходы, уводящие по окружности в одну сторону, а в других местах — в противоположную? Потерявшись в своих мыслях, Джемма почти не обратила внимания, когда на очередной развилке Винсент сказал: — Нам нужно сделать паузу. Джемма отмахнулась от этого, как от нелепости: — Нет. Сворачиваем на… Она вздрогнула, почувствовав ледяную руку у себя на плече, и не успела среагировать: Винсент развернул ее к себе, и раздраженные слова Джеммы умерли где-то в горле. Он оказался ближе, чем она собиралась ему позволять; намного ближе, чем она была готова, и Джемма машинально сделала шаг назад. Но Винсент крепко держал ее за плечо. — Посмотри на себя, — настоял он. — У тебя жар. Мы останавливаемся, сбиваем твою температуру и потом… — Мы не будем останавливаться! Она резко скинула его ладонь, почти ударила. Взгляд Винсента дернулся к оставшейся в воздухе руке, и затем он нахмурился. Черт. Винсент редко хмурился — любое отражение негативных эмоций не задерживалось на его лице; тут же стекало, как вода. В этом они были похожи с Кэлом; но там, где Кэл брал невозмутимостью и бетонным дружелюбием, Винсент обычно острил и насмешничал. Сейчас морщина между его бровей никуда не делась; ни острот, ни насмешек его лицо не предполагало. Черт. — Мы остановимся, — ультимативно сказал он. Джемма редко слышала от него этот тон. Даже когда она видела его сердитым — обычно это было связано с Филу или родителями; в их отношениях им почти не приходилось направлять злость и раздражение друг на друга. Даже после… — Хватит валять дурака, — процедила она и сделала еще один шаг назад, когда ей показалось, что Винсент снова хочет до нее дотронуться. Это не прошло незамеченным: Винсент сжал челюсти. — Нам нужно идти дальше. Я закинусь парацетамолом по пути. — И рухнешь по дороге. Ради чего эта глупая гонка? — Глупая гонка?— не поверила своим ушам Джемма. — Там, наверху — аналитик и гражданский, не державший оружия в руках, Перейра. И каждую секунду, что мы проводим здесь, они там проводят в одиночестве! Не говоря уже о том, что я… …не в состоянии думать трезво, пока ты здесь. — Что? — потребовал он, углядев эти мысли на ее лице. — Что «ты», Джемма? Только не отвечай «ничего». — Морщина между его бровей стала еще глубже. — Хватит, я на это не куплюсь. — Речь не обо мне. Речь о гребаном Самайне и о том, что он может сделать, пока мы торчим тут! — Оттого что ты злишься на этого демона, мы не найдем дорогу быстрее, если ты будешь… — Самайн — это не какой-то вшивый демон! Ты что, прослушал, когда я сказала, что это аномалия экстремального уровня угрозы?! — Да будь он хоть трижды экстремальной аномалией, Джемма! Ты не поэтому сейчас так бежишь! Громкость их голосов взвилась до звенящих высот: этот звон разлилсявокруг, отражаясь от камней, заглушая тишину вокруг. Джемма сделала еще один шаг назад: — Прекрати. Но Винсент только покачал головой, и по его лицу Джемма видела — больше никакой послушной смены темы, нет. Он скажет то, что собирается, даже если это ее сломает. |