Онлайн книга «Маскарад Мормо»
|
Солнцева обернулась и увидела лавочницу, вылезающую из тёмного хода за прилавком. Котова придерживала одной рукой край отодвинутого ковра, что раньше скрывал проход. И держала на сгибе другой… «О, проклятье! – весь мир на миг померк перед глазами. – Только не это». – Крипты ради, Ляля! – процедила Лада. – Вопреки всеобщему мнению, быть слабой ведьмой – это не смертельно, – сообщила Котова, не обратив на возглас никакого внимания. – А вот слабой и глупой – уже да. Ты же не хочешь умереть, правда? По мере того как Ляля выходила на свет, Солнцева чувствовала себя всё хуже. В руках лавочницы, белых, что материнская самобранная скатерть, сидел огромный и серый рогатый кролик. «Заяц», – машинально поправила она себя. С ветвистыми, как у оленя, рогами и мелкими, как у воробья, крыльями между лопаток. – Они в книге редкостей Крипты, малая, – предупредила Ляля, вновь запихивая в рот петушка на палочке. – Так что не отсвечивай… Котова бесцеремонно сбагрила зайца Ладе. Тот вяло повёл ушами и прикрыл глаза, не выказывая к происходящему, впрочем, никакого интереса. Солнцева оглядывала его, не совсем уверенная в здравости собственного рассудка. Сестрица молча приняла редкую зверушку, толком на него и не взглянув. – В ведьмин час проведёшь ритуал, – сказала Ляля и с резким хлюпом вынула леденец изо рта, снова привлекая к себе внимание. – Замочишь лапу в… Солнцева на мгновение обречённо прикрыла глаза. «Пусть это будет сон. Только сон». Ляля продолжала монотонно пересказывать инструкцию ритуала, а Солнцева только таращилась в ответ. В голове никак не хотело укладываться ничего из происходящего. И среди прочих разрозненных мыслей чётко и явно проступала лишь одна: «Я знаю, что будет дальше. Я не хочу…» – В ведьмин час, запоминаешь? Три часа ночи. Солнцева видела, как шевелятся её губы, но слова доносились будто с задержкой в пару мгновений. Лицо Котовой было совершенно незаинтересованным. Только чёрные губы шевелились, очерчивая слова, только слегка покачивались бусины на чёрной коже кокошника, когда Ляля вынимала изо рта леденец. А тёмные глаза были холодными и пустыми, и голос казался таким раздражённым… – Ладушки, – закончила она наконец и вдруг потянулась к Солнцевой. – Теперь давай руку. Та отшатнулась. Котова бросила на Ладу насмешливый взгляд. Та поджала губы в ответ, а потом коснулась пальцами младшей сестры и преувеличенно мягко сказала: – Милая, делай, что говорят. Солнцева не привыкла перечить старшим, особенно в критических ситуациях. Никогда не ставила под сомнения их решений, даже Ладиных. И всё же подняла на Лялю испуганный взгляд, не спеша подчиниться. – А ты как хотела? – услышала она раздражённый голос лавочницы. Солнцева не хотела никак. Вернее, Солнцева бы хотела, чтобы ей кто-нибудь объяснил, что вообще происходит. Потому что то, что в голову не приходилоничего хорошего. Лада снисходительно смотрела на неё, наглаживая рогатого зайца. А пальцы Солнцевой дрожали, а вместе с ними и какая-то дребедень на ближайшей полке. По лавке катился едва слышный звон. – А как же… колода? – едва слышно спросила она. – Таро? Разве не об этом они вначале говорили с Ладой? – За запрещённую к убою зверушку? За мою помощь? – Ляля фыркнула и швырнула леденец на прилавок. – Карты за мои риски, заяц стоит чутка дороже, малая. И твоя плата – клятва. Ну, и ещё десять зорцев[12]. |