Книга Взгляд хищника, страница 76 – Оксана Заугольная

Полина прекрасно помнила, как Влад притащил несколько книг. Одна была про белых ворон, другая про выживших жертв маньяков, третья про жертв семейного насилия. Ни одна из этих книг её не порадовала. Конечно, были женщины, а чаще всего жертвами оказывались они, которые сумели вырваться из круга насилия. Но их было мало, и Полина так и не сумела понять, что для этого нужно сделать. Как спасти себя?

– Я хочу вернуть свою жизнь, – тихо произнесла она то, что Лев Натанович советовал говорить себе как можно чаще. – Я не была раньше жертвой. Никогда до этого я ею не была, у меня не должно быть этого особого запаха, понимаете?!

Последнее она выкрикнула и испуганно сжалась, словно врач мог её выругать за это.

– Я услышал вас, – наконец после долгого молчания произнёс Лев Натанович. – Случайность могла и впрямь слепо ударить по вам, а потом мнительность перерасти в нечто большее. Так, скорее всего, и было. И все же, Полина Андреевна.

Полина прикрыла глаза, уже понимая, что услышит.

– Нам нужно убедиться, что нет ни единого шанса для вашей правоты. И вас не преследует тот же человек. – Психотерапевт виновато развёл руками. – Если вы в реальной опасности, мы должны в этом разобраться.

– Я понимаю, – тихо ответила Полина. – Я постараюсь вспомнить всё, что может быть полезно.

Память гостеприимно распахнула объятия, и Полина нырнула в неё, снова оказываясь в подъезде. Здесь, в Вейске, было неожиданно чисто и очень аккуратно. И горели лампочки. Полина была уверена, что у них за этим следила вездесущая Мария Николаевна. Она отваживала пьянчуг и хулиганистых мальчишек, которые могли лампочку выкрутить или разбить просто забавы ради. В общем, тут не пахло кошачьей ссаниной, было светло и чисто.

А вот в их московском доме было иначе. Слишком много людей, разных и незнакомых друг с другом. Кто-то вынесет в коридор пакет с мусором, кто-то запустит бомжа, кто-то курит на площадке и оставляет окурки. Конечно, два раза в неделю приходила молчаливая суровая женщина и проходилась грязной тряпкой с девятого до первого, но помогало это мало. И лампочки – с ними постоянно что-то приключалось.

Впрочем, у них было нечто лучше – на двери в подъезд висела камера, и получить доступ к записям мог любой проживающий в доме. Да, Полине пришлось напрячь хозяйку квартиры, но это ей нравилось больше, чем обращаться в полицию.

Все началось с надписей на стенах. Они были разные и, как казалось Полине, не имели никакого отношения к ней. Убийца. Тварь. Шлюха. Ничего из этого Полина не могла приписать к себе, даже если бы очень постаралась. Только вот написанное тем же почерком «Полина. Полина. Полина. Полина» не давало шансов подумать иначе. Может, в доме были и другие Полины, но в это поверить уже совсем не получалось.

– Я пыталась смыть это, но краска… Она просто не поддавалась, стираясь вместе с покрытием стен. – Полина жалобно посмотрела на Льва Натановича, словно рассчитывала на его помощь.

– Вы не вызывали полицию? – Лев Натанович не столько спрашивал, сколько утверждал, и Полина кивнула. Всё так. Не вызывали. Да и зачем? Чтобы следователь снова смотрел на неё с плохо скрываемым раздражением? Чтобы снова ничего не нашёл?

– Мне нужны были хоть какие-то улики, – тихо пояснила она. – Для меня было совершенно ясно, что это не совпадение. Но для других? Даже Влад согласился, что это не просто какой-то хулиган, когда надписи появились второй раз.