Книга Взгляд хищника, страница 66 – Оксана Заугольная

И тогда Полина стала мечтать, чтобы преступник просто забыл о ней. Мало ли почему он напал на неё?

– В том и проблема, – совсем тихо произнесла она. Так, что Льву Натановичу пришлось наклониться через стол, чтобы расслышать. – Его не нашли, но он нашёл меня.

Полина успела рассказать ещё совсем немного. О том, как насильник сжимал её шею – и в результате Полина не могла кричать. О том, как боялась она, что насильник вернётся. Но пришёл Влад. И спас её.

Когда она закончила, на столе между ней и Львом Натановичем выросла гора из скомканных грязных салфеток, которая, словно стена, отделяла её от психотерапевта. И от этого Полине стало чуть-чуть легче. А может, легче было оттого, что она выплакалась.

– Увидимся через неделю, Полина Андреевна. – Лев Натанович никак не прокомментировал её рассказ и слёзы. Но Полине показалось, что именно этого ей и не хватало. Чтобы её кто-то выслушал и не лез со своими советами, не пытался расковырять её тело и влезть в душу. Просто услышал, что она говорит.

– В это же время, – шмыгнула носом Полина. – Спасибо. Я приду.

Она вышла в коридор, и на мгновение её сердце замерло, когда она обнаружила, что никого нет. Но Влад вышел из-за угла в конце коридора и махнул ей. Полина поспешила к нему.

– Как всё прошло? – Он убрал телефон в карман и подставил локоть, за который Полина поспешила уцепиться. – Ты плакала?

– Плакала, – призналась Полина. Она была рада покинуть больничные стены и, оказавшись на улице, вздохнула с облегчением. – Пока я только рассказываю, а врач меня слушает. А рассказывать… ну ты знаешь. Больно.

Влад кивнул.

– Если тебе неприятно, ты можешь больше не ходить, – предложил он. – Не знаю, насколько безопасно всё рассказывать незнакомцу, а если он ещё и советов никаких не даёт и тебе не становится легче…

– Но мне стало немного легче, – неожиданно для самой себя возразила Полина. – Я поплакала, и мне стало легче! Возможно, эти встречи мне и впрямь помогут.

– Я не смогу отпрашиваться каждую неделю, – предупредил Влад. – Точно не подряд.

Они прошли мимо магазина, где обычно закупались продуктами, а она всё ещё молчала. Что она знала про «мозгоправов»? Немного. Ей был предложен в государственной больнице психолог, который установил, что у неё имеется не только физическая, но и психологическая травма. Удивительное дело. На этом его миссия была выполнена. Он, конечно, пытался расспросить её о произошедшем, но Полина не могла нормально говорить, срываясь на рыдания или замолкая.

А ещё… Полина хорошо помнила взгляд того врача. Он смотрел на неё с брезгливой жалостью, смешанной с любопытством. И делиться с ним своей болью никак не получалось, как бы Полина ни старалась. Ей каждый раз казалось, что её рану расковыривают и оставляют так, не перевязывая и не принося облегчения.

К счастью для неё, психолог и не должен был помочь ей справиться со своей травмой или привыкнуть к ней. У него было всего несколько обязательных посещений пострадавшей с посттравматическим синдромом, после которых они расстались.

Лев Натанович ни о чём не спрашивал, только слушал. Он не пытался погладить или похлопать её по плечу и извинялся за любое нарушение её личных границ. Границ, о которых сама Полина даже не подозревала.

Она любила своих родителей и мужа, но стоило признать – никто из них не подозревал о каких-то личных границах. Родители входили в её комнату, едва стукнув для приличия в дверь, а после происшествия и вовсе не позволяли ей закрывать дверь. С Владом у них и вовсе так повелось, что всё было общим. И Полине нравилось это единение, оно напоминало ей о сильной любви, что связывала их. Влад редко говорил про любовь.