Книга Проклятье рода Юсуповых, страница 103 – Олег Ефремов

Через полчаса тренировок, многие бойцы уже еле передвигали ноги и зевали, словно не выспались этой ночью. Зуфар орал пуще прежнего, заставляя шевелиться и отрабатывать навыки ближнего боя этих медленных и сонных мух, совершенно не желающих сражаться. Он злился и пинками пытался придать мотивации рекрутам, но все было тщетно. Погода, моросящий дождь и армия, бесконечно зевающая, никак не внушали ему оптимизма. Под конец у пятерых выпадали мечи из рук, а семеро уселись на корточки, не желая подниматься. Если бы не мокрая разбухшая земля, то многие завалились бы спать прямо на площади.

— Всем вернуться в казармы. За такое отношение обеда никому не светит, как отоспитесь, вечером продолжим тренироваться, а если продолжите валять дурака, то останетесь еще и без ужина, — окончательно разозлился Зуфар, сплюнув наземь и пошел к дому с братьями.

Вечером повторяется та же песня, солдаты вялые, как умирающие лебеди, дождь не вносит позитива в тренировки, Зуфар вообще рвет и мечет, но не понимает в чем дело.

— Ты чего какой злой, словно белены объелся? — Иль-Мурза не узнает своего наставника, который всегда уравновешен, в отличии от братьев.

— Не пойму, чем вы кормите бойцов, что они еле ноги волочат. Может вы им еду не докладываете? — он наехал на Юсуповых. Те сильно удивились. — Проверьте, что они едят и пьют, может им кто-то сонного зелья подливает, а мы и не ведаем. Это не армия, а ленивые свиньи, готовые завалитьсяспать во время тренировок прямо в лужи на земле. Как с ними вы хотите воевать, я вас спрашиваю?

— Так до этого же было все нормально, да и новые рекруты показывают себя более чем, что тебя не устраивает? — сильно удивился недовольству Зуфара Ибрагим.

— Вот и я спрашиваю, что с этими ленивыми боровами происходит? Как их мне тренировать, если у них оружие выпадает из рук? — махнув рукой на братьев, Зуфар пошел сам проверять еду и питье, которым снабжали бойцов.

На следующее утро мужик, который отвечал за продовольствие, разбудил братьев спозаранку.

— Федор, какого хрена тебе с утра пораньше надо, петухи еще не кричали, — кинул сапогом в мужика Иль-Мурза.

— Больше и не прокричат, не надейтесь. Всю птицу этой ночью зверь лесной загрыз. Всех курей, уток и гусей под чистую перерезал, так что остались вы без живности, — огорошил плохой новостью Федор.

— Так какого хрена ты впустил зверя? Дверь что ли забыл закрыть? Как он туда вообще пробрался? — спросонья открыл глаза Ибрагим, откидывая одеяло и вставая голым с постели. Две кровати стояли в большой спальне, где братья проводили ночи со своими наложницами, которых днем отправляли сидеть в погреб.

— Вот и хотел узнать как? На двери замок не тронут, окна не выбиты, щелей больших нет, подкопа тоже, — почесал затылок Федор. — Чудеса какие-то.

— Ты нам за эти чудеса еще ответишь. А пока иди и заготовь мясо впрок, не пропадать же добру, — отправил Иль-Мурза, не желая так рано вставать из теплой постели.

— Будет сделано, пойду займусь разделкой птиц, — отправился Федор, облегченно вздыхая. За недосмотр братья могли его сильно побить или серьезно наказать, но спросонья еще не подумали об этом, так что того пронесло.

Дождь снова зарядил с утра, прекратившись ненадолго ночью. Зуфар обреченно осмотрел зевающих бойцов, которые зябко передергивали плечами. Еду и питье он проверил, сам поел из общего котла и попил отвару. Никаких в себе перемен в связи с этим он не обнаружил. Значит, все дело в лени, которую он сегодня готов был выколачивать из бойцов палками, заранее припасенными на этот случай. После того, как он всыпал по первое число всем зевающим, то на время в армии наступило оживление, бойцы начали отрабатывать техники боя. Но через какое-то время он увидел, как многие держатся за животы, но немогут покинуть площадь. Еще через пятнадцать минут около двадцати бойцов сбежало, потом еще человек десять, Зуфар заподозрил неладное и проследил за сваливающими без разрешения бойцами. Возле нужника столпилась нехилая очередь, всем одновременно приспичило справлять нужду.