Книга Операция на два сердца, страница 66 – Валерий Шарапов

— Я вам очень благодарна, — с чувством сказала я. — Нет, правда, побыла с вами — и словно заново родилась. Не хочу вас подставлять, давайте возвращаться.

Назад, в тюрьму! Разгорался прекрасный день, но, увы, не про мою честь. «Арабелла» бодро разрезала волну, кричали чайки — явный признак того, что не за горами суша. Городок Кармелло раскинулся по пригоркам.

Мы пришвартовались примерно в полдень. Катер сопровождения встал рядом.

— Приходите еще, Софи, — улыбалась Диана. — Хорошо проведем время. Нам было приятно.

— Даже не стесняйтесь, — поддержал Бен. — Просто приезжайте, и все. Знаете, Софи, вы как-то перевернули наши представления… В общем, будем рады снова вас увидеть.

Мы даже обнялись на прощание. Я повесила сумку на шею и побрела на парковку. Для выразительности опустила голову и завела руки за спину. Агенты, стерегущие моего красного «Марика», проглотили смешинки.

— Добрый день, мэм, — сухо поздоровался старший. — Надеюсь, хорошо провели время? Садитесь в джип, вас отвезут. Ваше транспортное средство доставят на виллу наши люди.

Я не возражала. Они уже сыты по горло моей самостоятельностью.

Вскоре мы въехали на территорию виллы, закрылись ворота. Я прошествовала в дом и стала приводить себя в порядок. Странно, никто не ругался. Все хорошо, что хорошо кончается. И разве я плохо себя вела? С какой-то неясной задумчивостью поглядывал на меня Харви Слейтер. С неясной надеждой поглядывала экономка. Не подцепила ли кого в своем турне? Но в этом плане мне нечем было похвастаться. Уланов из обещанных трех суток отсутствовал только двое. Вернулся на день раньше — уже в курсе произошедшего, уставился на меня с какой-то предвзятостью.

— Солнышко, ты не человек, а какой-то праздник непослушания! Объясни, ты умная или нормальная? На хрена ты это сделала? Плохо живется? Чего-то не хватает?

— А мне всегда чего-то не хватает, — отрезала я и невольно задумалась: а в самом деле, я умная или нормальная? — Что опять не так, дорогой? Если что-то не запрещено, значит, это разрешено, разве нет? Все окончилось благополучно, это хорошие люди, никакие не сообщники твоего сенатора и даже не агенты КГБ. Вы сами их проверили вдоль и поперек. ФБР меня охраняло и чуть в купальник не заглядывало. Что не так? Я тебя просила тысячу раз — вывези меня на морскую прогулку. До сих пор вывозишь. Приходится самой спасаться.

— Ну и как, отвела душу? — умерил обороты Уланов.

— О, это было замечательно, — я тоже выключила непокорную жену. — Я осуществила свою мечту — искупалась в открытом море с тунцами и акулами. Вернее, только начала ее осуществлять. Хорошо, но мало, дорогой. Хочу еще. Извини, но я опять поеду с Харрисами, и попробуй мне только запретить.

Уланов ревниво фыркал, но ему предъявить мне было нечего. Прошел день, за ним еще один. Прибыли два важных господина — надутые, надменные, — уединились с Улановым в кабинете. Как-то незаметно убыли, увозя с собой целый выводок людей в сером. Уланов что-то мурлыкал, потирал ладони. От нечего делать я налепила пельменей, самолично пропустив говядину с салом через мясорубку. Экономка с ужасом смотрела на разложенные по листику изделия. Не для средних умов, как говорится. За ужином Уланов распечатал бутылку вина.

— А что, — изрек он задумчиво, — «Бордо» урожая семьдесят четвертого года и домашние пельмени — чем не высокая кухня?