Онлайн книга «Операция на два сердца»
|
— Спишь? — пошутил он, присаживаясь рядом. Потрогал голову — нет, все в порядке, температуры не было. — Все штатно, — сообщил Вернер, — нас пытался перехватить американский сторожевой катер, но мы выиграли эту гонку. Дальше дорога свободна, это уже кубинские воды. Минут чрез пятнадцать будем в порту. И это ВСЕ, дорогая Софья Андреевна. Я обняла его руку и расплакалась… Эпилог Юленьку очень волновало: придет ли сегодня дядя Олег. Придет ли папа, ребенок уже не спрашивал. Это было грустно, но кто виноват? Я тоже хотела знать, придет ли сегодня дядя Олег. По идее должен, учитывая, что вчера мы подали заявление в загс. А сегодня утром нарочный доставил письмо из МИДа, в котором извещалось, то меня готовы восстановить на работе, да еще и с повышением. Чувства при этом были самые противоречивые. Ну конечно я вернусь на свою работу! Не посудомойкой же идти. Только кто бы при этом настроения прибавил… Я готовила ужин, периодически бегала в детскую, потом курсировала мимо окна в гостиной, откуда просматривались подходы к подъезду. Снова что-то жарила, тушила. Села отдохнуть на табурет, и лучше бы не садилась — минувшие события накрыли с головой… Гавану я помнила плохо, все-таки настигла температура. Видимо, нервное — потрясло и перестало. Была гостиница, улыбчивая горничная, вид из окна на мусорку и пальму. Был самолет из аэропорта имени Хосе Марти в столицу нашей родины. В детали перевозки «объекта» меня не посвящали. Подозреваю, Уланова везли нерегулярным рейсом. Москва встретила проливными весенними дождями. Куда пропал Вернер, ума не приложу. Я с пустым кошельком металась по Шереметьево, пока не взяли под ручки двое в штатском, посадили в машину и доставили домой. Помню, удивилась, что не в тюрьму. Вернер объявился через неделю, сослался на неотложные чекистские дела — и как-то завертелось… Надежда Георгиевна смотрела на меня квадратными глазами. Я что-то выдумывала, выкручивалась, придумала командировку в Америку. Она качала головой и пыталась догадаться, какие же реальные события легли в основу этого вранья. Потом ее пригласили на Лубянку и сообщили, что она может увидеться с сыном. Женщина не поверила: он же сбежал в Америку! Должностное лицо лаконично ответствовало: уже нет. С этого момента свекровь стала что-то подозревать. Но расскажи ей всю правду, она бы холодно рассмеялась — я ведь всего лишь забитая трусоватая баба! Впрочем, я не имела права откровенничать — никому, никогда и даже туманными намеками… В отношениях со свекровью ничего не изменилось. Нас прочно связывал один человек — моя дочь. Даже не человек — человечек. Свои отношения с Вернером я от нее скрывала. Представляла этот гомерический смех. На те же грабли, дорогая? Значит, первый брак с офицером КГБ тебя ничему не научил? Видимо, так и было. Я любила этого парня. И он отвечал взаимностью. Неловкий, правда, какой-то, местами неуклюжий — бегать по необитаемому острову у него получалось лучше… После возвращения прошло полтора месяца. Разгоралось лето. Уланов сидел в Лефортово, с ним работали следователи. В перипетии дела меня, конечно, не посвящали — кто я такая? Скрывался даже сам факт, что изменника похитили в Америке и доставили на родину. Такого не было. На ноты протеста и возмущенные выкрики из-за океана советские должностные лица недоуменно пожимали плечами: дескать, это ошибка. Перепроверьте свои сведения, господа фантазеры. |