Онлайн книга «Шепот падающих листьев»
|
– Приветствую, Синдзи. Зачем ты в моем доме? – Я… я принес вам печатные формы, госпожа. – Ах да, я и позабыла о нашей работе. Прости меня, Синдзи, придется тебе самому закончить. – Но я же не знаю, какие нужны цвета, госпожа, я не смогу без вас. – Сможешь. Все смогут без меня, Синдзи. – Не надо, госпожа… Госпожа Асакава улыбнулась, а потом оглушительно громко крикнула: «Десять тысяч лет…»3и резким движением перерезала себе горло. *** Осеннюю мглу Разбила и гонит прочь Беседа друзей4. Мастер Такэда опрокинул в себя еще один чашку саке и рассмеялся. Он был уже изрядно пьян и совершенно свободен от уныния, которое владело Синдзи. Резчик тоже был весьма нетрезв, но в веселость все никак не мог впасть. В отличие от известного выпивохи Такэды, который пил для расслабления и отдыха, Синдзи пил редко и обычно это было связано с тяжелыми жизненными переживаниями. Вот и в этот вечер резчик пытался с помощью саке смыть из своей души образ спальни госпожи Асакавы и упавшее вперед тело самоубившейся художницы, и кровь, пропитывающую татами… Синдзи моргнул несколько раз, пытаясь прогнать вновь представшую перед ним картину, потом выпил саке и обратился к мастеру Такэде: – Над чем вы смеетесь? Такэда закинул в рот обжаренный кусочек мяса, заел рисом и только потом ответил: – Я вспомнил варвара, которого видел сегодня в городе. Он был одет в то, что они считают воинским одеянием. Синдзи, это какая-то нелепость! Движения скованы, одежда облегает тело будто специально, чтобы попасть было проще и до ужаса некрасива! Ни росписи, ни изящного шитья – темно-синяя ткань и немного золотого. И что Государь в них нашел, ума не приложу! – Ну, нам до Его мудрости очень далеко, так что Ему виднее, мастер Такэда. – Это верно… А ты чего никак развеселиться не можешь – все думаешь о госпоже Асакаве? – Да… Никак не могу понять, зачем она это сделала. – Эх, Синдзи, поживешь под солнцем с мое – поймешь, что женская честь на мужскую совсем не похожа – мало ли что могло ее задеть. Может история с мастером Хираямой так сыграла, а может, картина не получилась – художники-то люди одержимые, а уж госпожа Асакава одержимее многих была… – А что за история с мастером Хираямой? – Ну, Синдзи, два года работал с госпожой Асакавой, а так ничего о ее жизни-то и не знал… Резчик отчего-то очень смутился из-за этого упрека, поэтому поспешил заесть свое смущение и залить его саке. Такэда, между тем, продолжал: – Мастер Хираяма ее учителем был, хотя он всего лет на пятнадцать ее постарше. Ну и слухи много лет ходили… А потом, когда жена мастера Хираямы умерла, это, в общем-то, секретом быть перестало. Да, они много лет ведь друг с другом прожили… Такэда замолчал. Пьяная веселость испарилась из него, оставив лишь потерянного немолодого человека. Синдзи же перебирал в памяти людей,которые пришли проститься с художницей. – А мастер Хираяма был на похоронах госпожи Асакавы? – В том то и дело, что нет. Его где-то с месяц назад выслали из Токио… Я еще тогда удивился, что госпожа Асакава за ним не последовала. – А за что выслали? – Ну, мастеру Хираяме то, что происходит в Эдо5, давненько нравиться перестало. Засилье варваров многих раздражает. Мастер Хираяма написал пару картин с самурайскими добродетелями, сходил на пару собраний, покритиковал пару раз господина Сайго Такамори6и получил настойчивую рекомендацию держаться от новой столицы подальше… Япония меняется, Синдзи. И я не знаю, найдется ли нам в ней место. Ты видел фот… фотогра… фо-то-гра-фии – чертовы варвары с их чертовыми словечками! |