Онлайн книга «Молодость»
|
– Ты не умеешь любить… «Зачем ты мучаешь меня? Да, я часто пользовался женским чувством так, как будто это сухое белое вино. Но все же я не был бессердечным. Беря у них их красоту и женственность, я всегда старался дать им ощущение, что они совершенно неповторимы и уникальны. Я и сам так думал…» И в третий раз оглушающей пулеметной очередью прозвучала команда: «Мотор!» – Ты не умеешь любить… «Да, дорогая, ты права. Жестокая моя, безжалостная моя, ты во всем права – я не умею любить. Но разве в этом лишь моя вина? Я никогда не любил потому, что никогда не чувствовал себя любимым. Лишь раз за эти годы я почувствовал хоть что-то, что похоже на любовь, а не на обычную влюбленность, но был разбит. Я вовсе не пытаюсь пожалеть себя, а просто искренне стараюсь объясниться, если не перед миром, то хотя бы перед самим собой». Глава 16 Дорога на Север Рим дернулся и медленно поплыл мимо Кастеллаци. Унижая неаполитанца запрятанного глубоко внутри, Сальваторе считал себя вполне полноправным римлянином. Он прожил в столице две трети своей жизни и прочно скрепился с ее площадями и улочками, развалинами древней Империи и седыми храмами. Родной Неаполь остался в сердце Кастеллаци звуками мальчишеского гвалта, запахом удушливой жары и терпким чувством полного покоя, но Рим гремел для него искрами умерших и еще вполне живых эмоций и ощущений. Теперь Кастеллаци покидал Рим, а вместе с ним и центр притяжения, который скреплял две части Аппенинского сапога во что-то цельное, что, переливаясь на солнце тысячей разноразмерных побрякушек, именовалось Италией. Сальваторе отвлекся от пространных размышлений и сконцентрировался на конкретике: было утро понедельника, и в Турин поезд должен был прибыть лишь вечером. Сальваторе планировал переночевать в Турине, а после этого взять такси и добраться до Ривольтеллы. Что он будет делать, оказавшись у ворот поместья, Кастеллаци пока не думал. Километры оставались за спиной. Обширные римские пригороды уступили маленьким городкам Витербо. Расположенные слишком близко к Риму и оттого большую часть истории нежно обнимаемые Папами, города этой провинции пропустили и архитектурную революцию Возрождения и неоклассицизм Галантного века и, даже, волну урбанизации после Рисорджименто. Зато, находясь вдали от бурь истории, ныне они могли показать миру свое средневековое лицо. Через время Сальваторе распрощался с Витербо и со всей областью Лацио – поезд теперь шел по Тоскане. На первой же остановке в Тоскане – Сальваторе не успел увидеть, что это был за городок – его одиночество было нарушено. Напротив Кастеллаци устроились весьма влюбленные молодые люди. Совершенно худая бледная девушка села у окна, а невысокий парень ближе к выходу из купе. Уже через полчаса он шептал ей развратные глупости, тщетно надеясь, что пожилой синьор, сидящий напротив, окажется туговат на ухо, однако Сальваторе слышал почти все его слова, даже, несмотря на стук колес. В общем и целом, предложения молодого человека не блистали уникальностью. Наиболее интересной его идеей было: «сделать это прямо в аудитории за пять минут до начала лекции профессора Стураро…» Девушка рассеянно улыбнулась – кажется,она была мыслями далеко отсюда, Кастеллаци же едва удержался от того, чтобы сказать: «До начала лекции, это для слабаков, молодой человек. В мое время мы делали это прямо во время лекции!» Однако Сальваторе не стал смущать эту парочку, попытавшись углубиться в книгу, которую взял на дорогу. |