Книга Гигахрущ, страница 88 – Денис Килесов, Тимур Суворкин

Щелчок.

Лампочка на корпусе вспыхивает, топя все вокруг в ослепительном огненно-оранжевом свете.

Ты Аврора Дзержинская – элитный чекист-ликвидатор, четырежды кавалер грамот от самого товарища Самосборова, человек, за свои подвиги награжденный секретными граблями НКВД, сделанными лучшими мастерами блока КЗЛ-Р, красным революционным ОЗК и набором фаянсовых супниц с портретом В. Ы. Желенина.

Вооруженная двуствольным маузером, заряженным разрывной картечью, экзоскелетом «Кибальчиш-18-У» и верой в светлое коммунистическое будущее, ты несешь свободу, равенство и братство во все блоки, куда заносит тебя лихая судьба.

Во все блоки, кроме того, где ты находишься сейчас, ведь уже три семисменка здесь идет неравный бой. Ты вместе с другими ликвидаторами отчаянно пытаешься остановить орду чернобожников, вторгшихся на этажи.

Тысячи сектантов заполняют коридоры. Посылаемый жрецами мрак заставляет гаснуть пламя огнеметов, слепленные из черной слизи аберрации не умирают от пуль и разрывных снарядов, а сплетшиеся кишками и нервами бывшие жители блока ползут по потолкам, отсекая пути к отступлению.

Когда становится ясно, что битва за блок проиграна окончательно, ты в чадном дыму подбитых коридороходов, отстреливаясь из маузера, собираешь вокруг себя последних уцелевших ликвидаторов и даешь команду на прорыв к лифтам.

Поздно. Слишком поздно. Чернобожники всюду, а патроны подходят к концу, точно так же как и твои боевые товарищи. Захлебываются пулеметы, замолкают Ералашниковы, хлопают последние пенобетонные гранаты.

В сгущающемся мраке чернобожники кидаются в новую атаку. Вы встречаете их штык-ножами и пневмокулаками экзоскелетов, но вскоре хруст черепов и удары стали по мясу начинают стихать.

Ты осталась на ногах последней. Даже когда все твои товарищи рухнули на бетон, ты еще дралась, всаживая метровый штык-нож экзоскелета в животы сектантов. Но что ты могла в одиночку?

В конце концов ты падаешь под ноги чернобожников, бессильно смотря, как над твоими товарищами вздымаются ножи из заточенного бетона. Ломаются под руками сектантов вскрытые ребра, и жрецы со смехом вытаскивают еще бьющиеся сердца солдат, поднимая их к клубящейся под потолком коридора тьме.

Кувалды бьют по твоей броне. Тебя вытаскивают из экзоскелета, и безглазые жрецы жадно ощупывают твое лицо окровавленными руками. Они громко шепчутся, говоря, что ты славно сражалась и за это они удостоят тебя особой, великой чести. Чернобожники вокруг тебя смеются, слыша их слова.

Тебя связывают и уводят во тьму.

Вы идете долго. Часы. Смены. Семисменки. Вы уходите все глубже в блоки чернобожников. Помощи ждать неоткуда.

Ты видишь многое, пока идешь. Детей, вросших в бетон коридоров, прислужников жрецов, сшитых из десятков кричащих от боли людей, и воющие обрубки тел, корчащиеся внутри колючей проволоки гигантских икон чернобожников.

А вы все идете. Твои ноги стерты в кровь. Ты потеряла счет сменам. Но вот наконец вы подходите к краю каверны на дне которой находятся костяные шпили алтарей блок ЧРНБГ-666/6.

Над блоком стоит дым. Горят миллионы борщевичных костров. Вы спускаетесь вниз. Ты видишь, что все улицы блока, все коридоры и залы, все занято войском чернобожников, что готовится выступить в поход. И сила этих чернобожников неизмерима, и число этим чернобожникам – тьма, и имя этим чернобожникам – гигалегион!