Онлайн книга «След механической обезьяны»
|
– Со старшим, значит. Ну, это и понятно, ведь он после отца главный! А как Савва Афиногенович относился к младшему? – К Сергею? – Да! – Я бы не сказал, что они ругались, однако… – Что? – Ходят слухи, что он ему неродной сын, что Арина Игнатьевна понесла от кого-то другого… – Слухам тоже верить! – отмахнулся фон Шпинне, но глаза заинтересованно сощурились. – А другие говорят, я сам слышал, что Сергей – это вообще не ихний сын! – Чей же тогда? – Говорят… – голос конюха стал совсем тихим, Фоме Фомичу пришлось напрячь слух. – Говорят, это сын Руфины! Глава 46. Допрос Руфины Яковлевны – Вот как? – метнул острый взгляд в сторону конюха фон Шпинне. – А кто об этом говорит? – Да я уж и не помню… – опустил голову Леонтий. «Если конюх утверждает, что не помнит, то, скорее всего, это сболтнула сама Руфина Яковлевна. Ведь как можно забыть человека, который поведал тебе такую тайну: Сергей – сын приживалки!» – подумал начальник сыскной. Он решил немного поднажать и заставить Леонтия сказать правду. Фома Фомич еще не задумывался, на самом деле Сергей сын Руфины, или это только чей-то досужий вымысел. Его сейчас интересовало другое – кто распространяет эти слухи? Если сама приживалка, то с какой целью? Неспроста же она рассказала об этом Леонтию… – Когда при родной матери кто-то усыновляет ребенка, это значит, мать от него отказалась… – начал фон Шпинне, но не договорил. – Нет, она не отказывалась, его у нее отняли! – выпалил с жаром Леонтий. Фома Фомич укрепился в мысли, что конюху известно намного больше, чем говорит. – Кто это может знать? – бросил он недоверчиво. – Я знаю! – Ты же служишь у Протасовых десять лет, а история с ребенком произошла намного раньше? Если его отнимают, то непременно в младенчестве. – А я знаю! – настаивал на своем конюх. – Откуда? – Руфина мне рассказала… – За что же ты был удостоен такой чести? – Я как-то спросил у нее, почему она одна живет и никого у нее нету: ни мужа, ни детей. И только я заикнулся про детей, ее давай трясти, прямо лихорадка началась. Еле успокоил, пришлось даже воды в лицо плескануть… После этого она мне и открылась. – Ты спрашивал, кто отец Сергея? – Спрашивал, – дернул правой щекой конюх, – ничего не сказала, твердила только – молодая была, молодая была… – Молодая была… – в задумчивости повторил начальник сыскной, потом добавил: – Все мы были когда-то молодыми… Ладно, Леонтий, думаю, беседу нашу надо заканчивать. Отпустить тебя пока не могу, потому посидишь еще у нас… – А когда… – Когда выпустим? Завтра… Наверное! Надо все следственные мероприятия провести, доктор должен дать заключение относительно того, как именно были убиты Новоароновский и дворник… – фон Шпинне упорно продолжал называть покойного Семенова дворником, так было проще смириться с тем, что убит агент сыскной полиции. После того как конюха увели, Фома Фомич велел привести Руфину Яковлевну. – Долго вы меня еще будете здесь держать? – резким, визгливым голосом закричала она прямо с порога. – Да вы проходите, садитесь! – внимательно осматривая Руфину, мирно ответил фон Шпинне. – Спали, наверное, плохо? Приживалка действительно выглядела не лучшим образом. Платье зеленого сатина измялось, чепец с незавязанными тесемками сидел на голове криво, лицо посерело. |