Онлайн книга «Кроваво-красные бисквиты»
|
Сказав все это, сорокопутовский исправник вопросительно уставился на своих гостей, как бы говоря: «Нет, это все-таки мне придется вас слушать!» Фома Фомич с этим согласился и рассказал Померанцеву все ту же историю с наследством. – Может быть, вы что-то знаете про это? – в конце своего рассказа спросил он у исправника. – Нет-нет! – отрицательно замотал головой тот. – Я человек в Сорокопуте новый. Ну, не то чтобы совсем новый, назначен сюда пять лет назад. Но это, как я понимаю, не срок, потому что ваша история двадцатилетней давности. Поэтому ничем вам помочь не смогу! Ну, может быть, в чем-то другом… – Вот ради этого другого мы к вам, собственно, и пришли. Вы говорите, что устанавливаете наблюдения за каждым приезжим. Это так? – Да, это так. Но не понимаю, куда вы клоните? – Нас интересует пребывание в Сорокопуте господина Скворчанского: куда ходил, с кем встречался. Я надеюсь, вы сможете предоставить нам такие сведения? Исправник задумался, вернее сделал вид, что задумался. У него не было никаких мыслей. Он уже решил – в том, что губернские сыщики узнают о пребывании в Сорокопуте их же земляка, нет ничего опасного. Просто делать вид, что думаешь, его научил предшественник, уверяя Никиту Станиславовича: подобное поведение делает человека в глазах собеседника не какой-то там пустышкой, а лицом серьезным и основательным, внушающим уважение. – Ну так что, мы сможем получить эти сведения? – вывел Фома Фомич из искусственной задумчивости сорокопутовского исправника. – Не вижу в том никаких препятствий… – Значит, вы нам позволите взглянуть на бумаги? – На какие бумаги? – исправник сделал вид, что не понимает, чего хотят от него губернские сыщики. – Рапорты, которые составлял агент после… – Конечно можно, хотя… Я вспомнил, у нас небольшая неприятность… – Какая неприятность? – Фон Шпинне успокоенно улыбнулся, поняв, что не все так благополучно в уездном городе Сорокопуте, как это казалось вначале. Это кажущееся благополучие даже несколько настораживало. – Да понимаете, у нас небольшой хаос с полицейскими бумагами, будет трудно отыскать нужные документы… – Что так? – Борьба с мышами. Повадились, знаете ли, грызть уголовные дела, поэтому пришлось в срочном порядке из одной комнаты все бумаги перенести в другую. Да вам, собственно, зачем эти бумаги? Просто поговорите с агентом Канашкиным, он вам все расскажет. И должен вам по секрету заметить, что если рассказчик он еще туда-сюда, то писатель из него никакой, в этих его рапортах сам черт ногу сломит. Разумеется, никакая борьба с мышами не велась. Просто не было рапортов, вот и все. – Да мы так и хотели поступить с самого начала, если ваш агент сможет по памяти восстановить все места, где Скворчанский бывал, находясь в Сорокопуте! – Ну, это он вспомнит, а ежели что, то мы поможем… – руки исправника сжались в кулаки. – И еще один вопрос, господин исправник… – Да-да! – Разговаривая с кладбищенским сторожем, нам стало известно, что за могилами Глафиры Прудниковой и ее родителей ухаживает какая-то молодая женщина. И судя по всему, она не местная, по крайней мере сторож ее не знает. Вы что-то можете сказать об этом? – Да, действительно, за какими-то могилами на Суриковском кладбище ухаживает некая особа. Мне это известно, однако полицию это не интересует! |