Книга Сердце шторма, страница 364 – Рая Арран, Виктор Фламмер (Дашкевич)

Но стоило уладить эти вопросы и выдать новое разрешение на пересечение границ, как Педру тут же устроил скандал — и снова из-за той же студентки. Криштиану отлично понимал, почему главный ментор всеми силами пытается укрепить свое влияние на Веру Аверину. Перспективная колдунья, имеющая непосредственный доступ к коридору, семимильными шагами прокладывала себе дорогу к влиянию не только на российской арене, но и на мировом уровне. Забрать ее в Коимбру было замечательной идеей. Когда ее брат-колдун, так же воспитанный под влиянием ментора, унаследует коридор, Вера станет для Португалии настоящим ключом к Пустоши, если останется в их Академии навсегда. Поэтому Криштиану приложил все усилия, чтобы замять новый скандал и не лишать Педру возможности посещать МИП, участвовать в исследованиях и влиять на юных Авериных. И впоследствии, в Коимбре, тактично закрывал глаза на излишнее внимание главного ментора к студентке, выказывая тем огромное доверие к своему бештафере.

И, конечно, Педру это заметил. Он очень дорожил своими возможностями. Но еще сильнее — расположением «своего короля». Настолько, что в порыве благодарности стал с еще большим усердием притворяться тенью. Когда Педру не был занят лекциями и студентами, он был рядом. Криштиану разбирал документы — он был рядом. Шел гулять по парку —он был рядом. Открывал глаза утром и чувствовал — он где-то рядом… На пороге кабинета вместо симпатичной молодой чародейки с чашкой горячего кофе появлялся ментор. Любое поручение, данное рядовому бештафере, перехватывал и выполнял лично. Откликался на малейшие эмоциональные колебания.

Криштиану постоянно обнаруживал бештаферу, без всякого повода стоящего на страже под дверью кабинета. Педру поджидал хозяина вечерами и, к великому неудовольствию Фабиу, лично отвозил домой, сопровождал на обед и оставался у дверей ташки сеньора Франсишку, чтобы проводить обратно, и только после этого отправлялся обедать сам.

Не сразу, далеко не сразу Криштиану понял, что Педру не просто вьется вокруг в приступе услужливости и верности. Бештафера прощупывал связь. И старательно ее усиливал. Однако на осторожные вопросы ректора не отвечал. Либо выдавал обтекаемые формулировки, либо падал на колени, фонтанируя эмоциями.

«Ах, повелитель, вы так внимательны к моим чувствам!»

«О, мой король, неужели я недостоин выполнить эту маленькую просьбу?»

«Я чем-то вызвал ваш гнев и подозрения?!»

Педру взрывался либо эйфорией, либо паникой, и Криштиану терял всякое желание вести разговор, тратя все силы на то, чтобы успокоить бештаферу и сберечь собственные нервы. И все-таки дело пахло чем-то очень скверным.

Когда Криштиану решился на официальный допрос и приготовился жестко припереть ментора к стене, заставив выложить все карты, Педру пришел сам. И положил на стол знакомую черную папочку, которую за годы ректорства Криштиану не раз порывался сжечь.

Пустошь… Чертов безумец снова полез в Пустошь… И это после того, как он чуть не угробил Дуарте! Криштиану в сердцах отвесил Педру подзатыльник, едва прочитав название проекта, но, выпустив пар, все же взялся изучать. Бештафера организовал собственный коридор — нестабильный, но рабочий. И, что совсем уж невероятно, умудрился договориться с императором Пустоши о личном аванпосте на той стороне. Криштиану был зол и восхищен одновременно.