Книга Сердце шторма, страница 277 – Рая Арран, Виктор Фламмер (Дашкевич)

— В Коимбре. Она так и не прилетела.

Почему? Алеша удивленно посмотрел на друга. Они с Верой разминулись на несколько дней, но она точно планировала лететь домой. Спросить, в чем дело, Алеша не успел.

— Стратег, ты обещал партию в го, — заявил Миша. — Я полмесяца уговаривал отца найти приличный набор. После ужина играем.

— Да хоть сейчас, — согласился советник, — партия будет очень короткой.

— Нет, если ты поумеришь гонор и будешь учить, — сказал император.

— Можно и сейчас. — Миша показал на разложенную на столе доску. — Я Сергею Дмитриевичу показывал, но он с детьми ушел.

Император щелкнул пальцами, и Стратег переместился к игровому полю. И нежно коснулся пальцами одного из белых камней.

— Давно это было…

— Ты помнишь о прошлом? — спросил Миша.

Стратег покачал головой:

— Крохи, жалкие крохи. Весьма неприятное чувство — знать: что-то было, но забыть. Как вы с ним живете? Постоянно теряя то одно, то другое…

— Записываем, — подал голос Гермес Аркадьевич и поднял выше книгу.

— Это был риторический вопрос, — поморщился Стратег.

— Я знаю. Поэтому сначала хотел ответить, что мы пьем, спасаясь от тоски и забвения, но решил все же пожалеть твою тонкую душевную организацию.

Стратег растянул губы в вежливой улыбке. Алеша даже немного расстроился, что див не стал продолжать пикировку, а сразу переключился на Мишу.

— Ладно, юный граф, садитесь, правила вам уже известны? — Стратег указал на стол приглашающим жестом.

Миша кивнул и отодвинул стул.

— Подожди, — позвал его Алеша. — А Вера-то почему не приехала?

— Ее наказали.

— За что?!

Что могла натворить Вера за неделю, которая прошла между их рейсами, Алеша не представлял. Она даже игру в демона провела так, чтобы избежать нареканий от менторов и профессоров.

— Я, если честно, так и не понял. Вроде она опоздала на самолет, потом напилась и что-то учудила. Ментор Диогу звонил, сказал, что в Академию будет направлен протокол для занесения в личное дело. Отец удивился, возмутился, но подробности потом не пересказывал. Я ей письмо написал, надеюсь, ответит, интересно жуть! Она еще ни разу в такие переделки не попадала.

— Напилась?! — Гермес Аркадьевич захлопнул книгу и вопросительно посмотрел на племянника. — Ей же нельзя пить!

За плечом Алеши мягко засмеялся Александр Владимирович.

— Ну что вы так переживаете, Гермес Аркадьевич, ей двадцать лет. Как это — быть в Коимбре и не выпить вина? Уверен, португальцы способны научить пить любого, даже того, кто вовсе этого не умел. И вряд ли Верочка набедокурила из-за вина, она же у вас не совсем дикая. Правда, Алеша?

— Ам-м…

— Правда, — решилась поучаствовать в разговоре Алиса. — Я ее с первого курса знаю, она всегда умница была. Миша, ты точно что-то не так понял. Вера бы не стала много пить. Хотя, если вино крепкое… Ты говорил, в Португалии вино очень крепкое, может, она не умеет такое оценивать?

Алеша сжал руку девушки, призывая помолчать.

— Да при чем тут умение, — со знанием дела стал объяснять Миша. — Ей нельзя пить, потому что она русалка, а алкоголь очень сильно влияет на нервную систему.

— Русалка? — Стратег оторвался от созерцания игрового поля и посмотрел на своего императора. — Это что значит?

— Это значит, что наша бабушка переиграла естественный отбор, — вздохнул Гермес Аркадьевич. — Русалка не Вера, а Мария. Но ее дети, как и дети Марины, унаследовали некоторые способности. И неспособности.