Книга Сердце шторма, страница 112 – Рая Арран, Виктор Фламмер (Дашкевич)

Бештафера не мог просто забыть о планах и обещанных уроках. Может, она опять сделала что-то не так?

— Ментор, что насчет дополнительных занятий? — спросила она после очередной лекции.

— Разберитесь сначала с основными, потом подумаем над дополнительными, — спокойно сказал Педру и ушел. Вера хмуро посмотрела вслед наставнику. Несколько студентов ждали его за дверью, чтобы тоже задать вопросы или получить какие-то важные комментарии к своим работам. Необходимость делить ментора с другими учениками оказалась не из приятных. Вот, что она сделала не так. Она слишком привыкла к индивидуальным занятиям…

Странное ощущение одиночества кольнуло в груди, и сидевший на менторском столе бесенок с визгом вылетел в окно. Вера проводила его взглядом и в очередной раз усилием воли сжала резонанс до минимума. В последнее время он так и норовил сорваться с цепи, скользнуть по рукам и полыхнуть, совершенно не подчиняясь привычным техникам контроля. И было непонятно, то ли сама сила стала больше, то ли Вера стала терять хватку… Возможно, стоило спросить совета у ментора, но девушка решила, что попытается сама справиться. Вон у него сколько тут таких же, как она, чего по пустякам тревожить.

Она заглянула во дворец республики и нагрузила сумку библиотечными книгами, которые давно пора было вернуть и взять новую партию. Окно между парами как раз позволяло не спеша разобраться с делами, поэтому Вера пошла к библиотеке длинной дорогой, выбирая широкие улицы и подставляя лицо горячему португальскому солнцу.

А дома уже подступает зима, все серое и лысое… а тут… тут хорошо.

Вдруг спокойная теплая радость рассеялась, словно сметенная ветром поземка. Сердце грохнуло подсамым горлом.

— Вам следует перестать меня отчитывать по каждому поводу, — голос бештаферы прозвучал спокойно и почти дружелюбно, но Вера подпрыгнула на месте от внезапного давления и сгустившейся, усердно сдерживаемой ярости.

— А может, вам следует начать прислушиваться? — ответил дерзкий голос, и сила придавила еще сильнее, а небо начало стремительно темнеть.

Вера заглянула за угол, но близко подходить не стала. Педру стоял напротив студента, скрестив руки на груди, молодой человек вскинул голову и скопировал жест. Получилось очень похоже. Вызывающе похоже.

— Чего вы ожидали, ментор? Что я резко откажусь от всего, за что боролся долгие годы.

— Вообще-то, да. Я думал, вы поняли, что к чему. Вы же видели…

— Понял. Безусловно понял! И сделал выводы! И не отказываюсь от своих слов, но если вы будете упорствовать, обещаю, Афонсу Браганса станет последним вашим королем, — на последнем слове юноша сделал особый акцент выражая презрение и горечь.

Педру зарычал, и Вера испугалась за отчаянного смельчака, решив, что ментор его просто припечатает к стене. Но в нем бушевала уже не ярость. Обида. И страх. Почти отчаянье, совершенно неподходящее мимолетной стычке со студентом. Неужели Педру воспринимает угрозу мальчишки всерьез?

Они смотрели друг на друга, и воздух между ними начинал трещать от напряжения, ни один не хотел уступить.

— Сеньор… — начал ментор, подавляя рык.

— Мы говорили о компромиссах и уступках, — перебил его студент. — А не о том, что вы продолжите давить и переубеждать. Меняйте тактику. Или свыкайтесь с мыслью, что я сожгу этот несчастный трон посреди площади.