Книга Тайна мертвого ректора. Книга 1, страница 48 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

– Вопрос именно об этом. Вы же понимаете, что ваша шутка могла стоить вам жизни? А Гермесу Аркадьевичу – должности?

– Несомненно.

Люди быстро стареют. И слабеют. Но несмотря на то, что тело его бывшего хозяина сильно одряхлело, слабости в нем Владимир не чувствовал. Всё та же несокрушимая воля, позволяющая обратить огонь в меч, а любого, даже самого сильного дива, заставить повиноваться. Всё та же внутренняя мощь пламени. Как она могла держаться в таком хрупком человеческом теле, подверженном болезням и старению, Владимир не понимал. Но в этом и была та самая «божья искра», величайшая тайна, о которой однажды поведал ему хозяин Афанасий Васильевич.

Алексей Меньшов скоро не сможет держаться на ногах, как и его погибший предшественник, но при взгляде на него до сих пор подгибались колени.

– Тогда зачем вы это сделали? Вы никогда ничего не делаете просто так.

– Вместо ответа я задам вопрос тебе.

Владимир посмотрел выжидающе.

– Скажи, ты доверяешь своему новому хозяину? Ведь он сильно не похож на большинство тех, с кем ты работал последние годы. Да, я наслышан о нем, разумеется. Герой, спаситель Отечества. Но я хочу знать, Владимир, ты ему доверяешь?

– Да.

– Очень хорошо. А мне? Доверяешь?

Владимир помедлил с ответом. Лицо его бывшего хозяина было совершенно непроницаемо. Если этот человек хотел что-то скрыть – даже Владимир не мог прочитать его.

– Если вы имеете в виду вашу причастность к этому преступлению, то у меня всё еще недостаточно данных, чтобы полностью вычеркнуть вас из списка подозреваемых.

Алексей Витальевич расхохотался.

– Ты молодец, Владимир. Как всегда. Но я не об этом спросил. Посмотри на меня. Вспомни всё, что обо мне знаешь. И еще раз скажи – ты мне доверяешь?

– Да. – На этот раз он не задумывался, как ответить. Весь опыт их совместной работы говорил, что бывший хозяин не совершил бы подобной глупости.

– Превосходно. – Колдун Меньшов подошел и похлопал его по плечу. – Вот тебе и ответ на твой вопрос. Я полностью тебе доверяю. И был уверен в том, что ты всё поймешь правильно. А главное – в том, что ты не усомнишься во мне, и это не позволит тебе действовать, руководствуясь инстинктами. Потому что ты нужен мне. Первым я позвонил не в Москву, а главе петербургского Управления. Я хотел, чтобы сюда приехал именно ты. И если твой новый хозяин и правда так хорош, как ты считаешь, то мы точно справимся – потому что лично я не смог разобраться в той чертовщине, что тут происходит. Но самое главное – я хочу, чтобы всё, что вы оба здесь узнаете, не покидало стен Академии. В этих пропахших вековой пылью коридорах слишком много тайн, которые не должны оказаться во внешнем мире.

– Не могу этого обещать, – сдержанно сказал Владимир.

Колдун кивнул:

– Я знаю. Но я и не прошу ничего незаконного. Речь идет скорее о порядочности. И об умении хранить чужие тайны, не использовать их в личных целях.

– Гермес Аркадьевич умеет хранить тайны, ваше благородие, и я тоже, – заверил Владимир.

– Ты пролил бальзам мне на сердце, Владимир. Тогда ответь, если всё выглядит так, будто преступник я, но это не я – что это значит?

– Это значит, что вас пытаются подставить.

– Именно. И, как ты понимаешь, мне это совершенно не нравится.

– Вы говорили о «чертовщине», – напомнил Владимир. – Не могли бы вы рассказать об этом подробнее?