Книга Демон из Пустоши, страница 64 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

Впрочем, для Анонимуса так и было. Бедняга боялся испортить костюм, когда его тело изменит размер.

— Так сними его!

— При вас?!

В глазах дива мелькнул такой ужас, что Аверин рассмеялся бы, не будь ситуация критической. Он хотел было сказать, что видел Анонимуса не то что без одежды, но и вообще без плоти, но вместо этого просто отлепил дива от перил и втолкнул в курительную комнату, которая находилась прямо у того за спиной.

Положив руку Анонимусу на лоб, он направил в ладонь силу, щедро делясь ею. И произнес:

— Раздевайся и меняй форму. Я сейчас принесу тебе твою одежду. Никуда не уходи и ничего не делай до моего прихода.

И, подумав немного, добавил:

— Это приказ.

И захлопнул дверь.

Аверин поднялся на второй этаж и зашел в комнату Анонимуса. Открыл шкаф и взял первый попавшийся костюм вместе с вешалкой. Спустился, посмотрел на двери курительной комнаты и прошел дальше, через столовую на кухню. Проскользнул мимо хлопотавшей у плиты кухарки и оказался в кладовой.

В холодильнике обнаружились полки с мясом, курицей, колбасами и овощами. Аверин перебросил костюм дворецкого через плечо, взял курицу и копченый свиной окорок и вернулся к курительной комнате. Сложил принесенное под дверью и сказал:

— Анонимус, съешь все, что я принес, и оденься. Я отвернусь.

И действительно встал к двери спиной. Она тихонько скрипнула, и мгновением позже раздался хруст и треск костей. А еще спустя минуту перед колдуном появился фамильяр. С аккуратно приглаженными волосами и в тщательно застегнутом костюме.

— Тебе лучше? — спросил Аверин.

Вместо ответа Анонимус опустился на колени.

— Благодарю вас, хозяин.

— Не нужно, встань. И вернись в комнату, хочу задать тебе несколько вопросов.

Див поднялся, открыл дверь, пропуская Аверина.

— Как ты? — спросил колдун, когда они оказались внутри.

Фамильяр совершенно правильно понял вопрос. Все же связь между ними стала весьма сильной.

— Так, как будто только что потерял его сиятельство еще раз, — опустив взгляд, ответил он.

— Ясно, — вздохнул Аверин. — Я запрещу впредь использовать это… этот… способ передачи информации. Слишком тяжело он дается, во всех смыслах.

— Нет! — испуганно воскликнул Анонимус. — Прошу вас!

— Ты что же, хочешь проделать это еще раз?

— Прошу вас… — повторил фамильяр, умоляюще глядя на Аверина, — ваше сиятельство, память дива так устроена, что воспоминания не сглаживаются со временем. Когда я вспоминаю о вашем отце, я чувствую то же самое, что чувствовал в момент трагедии. Но во время разговора с ее высочеством я ощущал, будто хозяин снова рядом. Я готов на многое, чтобы снова это почувствовать. И еще раз поучаствовать в его эксперименте.

«Общность мысли». Вот о чем говорил отец. Анонимус служил многим поколениям Авериных. Но из всех его хозяев только отец был ученым, выдающимся ученым. И именно рядом с ним див сполна смог реализовывать свой потенциал.

— Так ты хочешь, — проговорил Аверин, — помогать ее высочеству в исследованиях, по крайней мере в той области, которой занимался отец?

— Это была бы огромная честь. — Зрачки Анонимуса стали вертикальными.

Аверин улыбнулся:

— Я поговорю с Василем. Подумаем, что можно сделать. Но эта… личина…

— Она называется «подмена сущности».

— Постой… Ты хочешь сказать, что отец сумел каким-то образом захватить твое сознание своим? Это же миф.