Книга Демон из Пустоши, страница 246 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

— Да! — хрипло воскликнул тот. — Я! Ты… ты ведь див Гермеса… где он сам? Я хочу, чтобы он увидел меня! Это я — герой, не он! Вот так-то! И я хочу, чтобы он пообещал, что мне… поставят памятник.

— Его, это… нету сейчас, — Кузя подошел поближе и уставился на Рождественского с большим интересом, — но я передам, и, наверное, поставят, да.

— Хорошо… это хорошо. Тогда вот еще. Передайте Кантемирову вот это, — он свернул фиги на обоих руках, помахал ими в воздухе и прокричал: — Князь Рождественский не дурак! Я подменил кровь! И ты не смог отправить меня в Пустошь! Ха-ха! Выкуси-ка!

Кровь опять хлынула у него изо рта и тут же впиталась в каменные плиты. Красные капли проступили на лбу.

А Николай Антонович напряженно думал. Безусловно, Рождественский, на некоторое время заперев дивов, очень помог: защитники остановили натиск и получили желанную передышку. Скоро подтянутся колдуны и дивы из Москвы, Новосибирска, Омска. К месту прорыва подходит и императорская армия с современным оружием, серьезная мощь. Выигранное время — это очень хорошо.

Плохо другое. Вторжение продолжается, и на место убитых дивов придут новые… и новые.

— Коридор. Он до сих пор открыт? — спросил он у Рождественского.

— Да. Из нашего мира его не закрыть… не закрыть.

— Почему же? — спросил Николай Антонович.

— Из Пустоши… он открыт оттуда. И из него постоянно лезут дивы. Сотни дивов. Они сожрут вас раньше, чем вы подойдете к входу.

— Понятно. И где он, этот вход? Вы знаете?

На этот раз Рождественский ответил не сразу. Говорить ему становилось все труднее. Плохо. Надо сделать что-то прямо сейчас. Иначе никакие бомбы не помогут.

— Так где?

— В… прогулочном дворе… там… все собрались… на прогулку. Он знал… знал!

— Я понял. Кузя, мне нужна твоя помощь, — обратился к диву Николай Антонович, — заклятие Замкнутой Цепи работает только в одну сторону, оно не выпускает. Но попасть за Цепь снаружи можно, поэтому ты сейчас отправишься к князю Булгакову — пусть он немедленно высылает сюда самолеты. Силы князя Рождественского уже на исходе, но, думаю, получится успеть. Но сначала ты должен перенести меня через стену. Я не смогу перепрыгнуть через нее сам. У тебя есть крупная крылатая форма?

— Не-а. Где перенести? — спросил Кузя.

— Я покажу место. Мне надо попасть на площадку, ту, где открыт коридор. Я попробую пробраться и закрыть его со стороны Пустоши.

Див посмотрел на него с сомнением:

— А обратно? Как вы попадете обратно? И как вы пройдете мимо всех этих дивов?

— Отпугну, — он улыбнулся. — А обратно… главное — закрыть коридор.

— Ну… ладно, — пожал плечами Кузя, — показывайте, где. А я вас переброшу.

Николай Антонович снова принял облик волкодава. И они с Кузей помчались вдоль стены.

— Тут, — колдун остановился, — площадка для прогулок была хорошо защищена, но защиту уже поломали, как и внутренние стены. Попробую прорваться. Как ты собираешься меня перебрасывать?

Кузя слегка нахмурился и произнес:

— Вы же знаете, что не вернетесь.

— Это не важно. Мы теряем время.

— Ага. Вам тоже поставят памятник, — заверил див и внезапно начал расти. Рос он быстро, и вот уже его голова возвысилась над стеной. Рука колосса протянулась и сгребла Николая Антоновича в горсть. Он снова принял облик собаки и, как только огромная ладонь опустила его на каменные плиты крепостного двора, завыл. Своим отпугивающим дивов воем. Настолько громко, насколько мог.