Книга Демон из Пустоши, страница 126 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

— Хм, — Николай Антонович задумался, — вы уверены? Что он не смог выбраться?

— Мой див утверждает, что нет. А он разбирается в Пустоши и ее особенностях куда лучше, чем мы с вами. Так что я уверен: он к этому делу отношения не имеет.

Николай Антонович внимательно наблюдал за графом. И со всей очевидностью отметил, что тот врет. Не впрямую, но что-то явно недоговаривает. Может быть, дело в князе Булгакове — граф не доверяет главе Управления? Или хочет что-то скрыть от следствия?

Следует побеседовать с ним наедине.

— Ваше сиятельство, — прощупал почву Николай Антонович, — мне нужно осмотреть выход из коридора и допросить вашего дива, а также фамильяра.

Запах беспокойства усилился. А веки графа Аверина предательски задергались. Вот оно. Значит, вопрос попал в точку. Этот человек что-то скрывает, и это связано с его походом в Пустошь. Чтобы развить успех, он спросил:

— Мы можем это сделать сегодня?

— Нет, — слишком поспешно отрезал граф, — до поместья моего брата полтора часа пути. Я не буду беспокоить его и его семью на ночь глядя. Им и без этого хватало треволнений в последнее время. Я позвоню ему сегодня и договорюсь о нашем с вами визите, хорошо? Торопиться сейчас уже некуда. Похищенные колдуны, скорее всего, уже мертвы.

Беспокойство графа исчезло.

— Что ж, вы правы, — согласился Николай Антонович, — в таком случае договоритесь, пожалуйста, на завтра, на утро, можно даже на позднее. Но с вашим-то дивом я могу побеседовать сейчас?

— Конечно, — с явным облегчением согласился граф Аверин, — его позвать сюда?

— Если вас не затруднит. Не волнуйтесь, у меня к нему не будет много вопросов. Я от вас узнал почти все, что мне нужно.

Попав домой, Аверин первым делом бросился к телефону.

— Срочно позови Василя, — сказал он, как только Анонимус снял трубку, — но и сам далеко не отходи.

— Василь, — быстро заговорил он, услышав голос брата, — тут такое дело. Завтра к вам приедет следователь из Министерства госбезопасности. Противнейший тип и, что еще хуже, весьма проницательный и опытный. Поэтому из склепа и, по возможности, из дома нужно убрать все следы подготовки. Или хотя бы замаскировать их под что-то невинное.

— Да ты что, Гера, какая отличная идея! А главное — своевременная. Подо что ты мне предлагаешь замаскировать пятьдесят кило тротила, м-м? Под хозяйственное мыло? — В голосе брата отчетливо звучал сарказм.

— Привезли уже? Эх, не очень вовремя.

— Не то слово. И бур привезли. Буквально час назад. Что опять случилось? Тебя подозревают?

— Нет, это вообще со мной не связано. Но связано с Пустошью. Совершенно секретное дело, извини, я не могу тебе про него рассказать. Этот следователь хочет осмотреть склеп и поговорить с Анонимусом. Но, я уже сказал, он весьма пронырливый и наверняка сунет нос туда, куда не следует.

Из телефонной трубки послышался вздох.

— Гера, — печально сказал Василь, — иногда я начинаю скучать по тихим и спокойным временам, когда ты заезжал в гости по большим праздникам.

— Прости, Василь. Но ты сам вызвался помочь. И я теперь ничего от тебя не скрываю.

— Это весьма радует. Да, я обещал помочь и помогаю. Но это не отменяет того, что я считаю твою затею ужасной и опасной авантюрой. И она мне совершенно не нравится. Но еще больше мне не нравится то, что задуманное опять отдает государственной изменой. Про то, что ты в который раз рискуешь жизнью, я не буду напоминать, ладно?