Книга Демон из Пустоши, страница 107 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

— Хорошо. Этого должно хватить. Пока.

— Да. Фото я старухе все равно отправлю, тем более что оно последнее. Как некстати, что приходится отсылать тебя… Но посыльных больше нет. Граф Аверин, проклятая ищейка… какого дьявола он все время стоит у меня на пути и ломает планы?! — колдун пнул стол. Со стола, звякнув, на пол слетела старая масляная лампа. — Это проклятие какое-то, что ли? С другой стороны, подарок он нам тоже сделал княжеский. Нет, даже императорский! — колдун захохотал.

Див терпеливо ждал. Человек был невероятно скучным, и див испытывал удовольствие от мысли, что десятилетняя работа с ним наконец закончена.

— Ладно, все, пора, — колдун словно бы спохватился. Подошел к вырезанному на камне посреди зала алатырю и опустил мостки. Див прошел по ним в самый центр и замер в ожидании.

— Скоро все начнется, — прошептал колдун, — и тогда никто, никто нам уже не помешает, правда? — Он подмигнул диву, убрал мостки и начал делать руками пассы, раскручивая звезду.

Див ничего не ответил. Его больше не волновал этот мир. Крепко сжав сверток с жезлами, он высвободил демонический облик, и поднявшийся вихрь унес его в Пустошь. В одном этот глупый человек был прав. Теперь никто не сможет им помешать.

Николай Антонович зашел в кабинет и вежливо поклонился. Императорский див оторвал взгляд от бумаг и посмотрел на него.

— Чем могу служить? — осведомился Николай Антонович. Он долго ждал перед высокими дверьми: вызвали его еще полчаса назад.

Вместо ответа Императорский див поднялся со своего места, и почти сразу же Николай Антонович ощутил летящий ему в лицо удар. Он едва успел уклониться, и рука дива лишь слегка коснулась щеки.

— Что ж, неплохо, — одобрительно произнес Императорский див и, придвинувшись почти вплотную, заглянул ему прямо в глаза: — Я хочу, чтобы вы честно ответили мне. От этого зависит наше дальнейшее… сотрудничество.

Николай Антонович взгляда не отвел. Он прекрасно понимал, что имеется в виду под «сотрудничеством». Если колдун ответит неверно — то отнюдь не отставка ему грозит. Это отчетливо читалось в глазах Императорского дива.

— Конечно, — спокойно произнес Николай Антонович. Он не сомневался, что его ожидает подобная проверка. И будет она не одна.

Императорский див вернулся на свое место. Он двигался так быстро, что даже Николаю Антоновичу с трудом удавалось за ним уследить.

Сев за стол, Императорский див снова смерил его взглядом.

— Итак, вы знали?

Николай Антонович задумался, но только на секунду. Это люди считали, что див не может солгать колдуну, а вот наоборот — сколько угодно. Ошибка, которая многим стоила жизни. У дивов очень тонкое обоняние, а лгущий человек, особенно нервничающий или испуганный, пахнет иначе.

— Я догадывался, — сказал он, — хотя полной уверенности у меня не было.

— Каким образом? — Ледяные глаза продолжали его сверлить.

— Запах. Я общался и с императором, и с прежним, — он подчеркнул это слово, — Императорским дивом. Их запах был очень похож.

— Фамильяр мог пахнуть хозяином.

— Да, — наклонил голову колдун, — но вот хозяин фамильяром — вряд ли. И я никогда не видел прежнего Императорского дива в истинном облике.

— Хорошо, — Императорский див выглядел удовлетворенным, — я рад, что вы сказали правду. Впрочем, я в этом и не сомневался. — Пойдемте, — добавил он, поднимаясь.