Книга Граф Аверин, страница 88 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

Но Василь тут же снова стал серьезен.

– Гера, я все же хочу, чтобы ты понял. Сегодня ты не Анонимусу «его место» указал, ты унизил меня при моих детях. Поставив под сомнение мое решение и мои приказы. Я уже помолчу о том, что ты напугал Мишу. Он теперь будет бояться собственного фамильяра.

Аверин глотнул еще коньяка и внимательно посмотрел на брата:

– А вот за это извини. Серьезно. Я не подумал.

Он снова налил себе чаю. Тот был просто потрясающе вкусным. В голове немного шумело от выпитого коньяка.

– О-о! – Василь в свою очередь плеснул коньяка и поднял бокал: – Выпьем за крайне редкое явление: Гермес Аверин извиняется! И не через три года!

Аверин только пожал плечами, выпил полбокала и понял, что ему хватит.

– Но! – Он поднял палец. – Насчет Миши я не согласен. Он должен бояться. Иначе он даже до первого экзамена не доживет. Вот объясни мне, почему ты не показывал детям демонический облик их фамильяра? А личины? Они их-то видели?

– Слушай, ты видел этот облик. Я сам в первый раз жутко перепугался. И можно подумать, ты – нет. Да, насчет Миши согласен, затянул. Я собирался показать через полгода-год. А девочкам это зачем? Они знают, что он див. Они видели его «в действии» и отлично понимают, насколько его способности отличаются от человеческих. Я не понимаю, для чего вообще кого-то пугать? В конце концов, не вина Анонимуса, что он не выглядит в звериной форме таким милым, как твой кот.

– Нет, я не испугался. Меня тогда вырвало не от страха. А потому, что я ощутил его силу. Мне тогда еще и четырех не было. Но да, с Мишей я погорячился. Надо было отправить Анонимуса во двор.

Василь провел ладонью по лицу.

– Ничего ты не понял, Гера. Ты так ничего и не понял.

Аверин протянул руку, чтобы налить еще чая, но понял, что промахнулся мимо чайника.

– Вот черт… – тихо выругался он. Для колдуна настолько потерять координацию было недопустимым.

– Помочь? – участливо спросил Василь.

– А? – Аверин поднял голову. В глазах двоилось. – Да… я сейчас еще чаю выпью и пойду, наверное. Очень у тебя забористый коньяк.

Василь рассмеялся и налил ему чай. Осушив несколькими глотками чашку, Аверин поднялся на ноги. Его шатало.

Василь тоже встал и потянулся:

– И то верно, пора спать. Тяжелый был день.

Они вышли из курительной комнаты.

В коридоре в голове немного прояснилось. Аверин огляделся по сторонам и, протянув руку, коснулся барельефа на стене, изображавшего то ли цветы, то ли шишки.

Все-таки это его дом. И в этом доме не так уж и плохо.

Послышался шум и детский смех. В коридор вбежали дети. Вера тащила Кузю, перекинув его через плечо. Увидев дядю, она взяла кота под мышки и протянула:

– Гермес Аркадьевич, вот ваш кот!

– Спасибо, – Аверин улыбнулся и взял Кузю на руки. И понял, что чувствует себя как-то странно. Он пожелал всем спокойной ночи и направился в свою спальню. Да, Василь прав. День действительно выдался не самый легкий. А у Аверина такой нелегкой была вся прошедшая неделя.

Теплый душ немного освежил, но все равно он едва добрался до постели. Как будто вся усталость нелегкой недели разом обрушилась ему на плечи.

Зато постельное белье оказалось таким мягким и приятным, как будто было сделано из нежнейшего шелка, а когда Аверин накрылся одеялом, то чуть не застонал от удовольствия. Он ожидал, что немедленно провалится в сон.