Книга Тайны мертвого ректора. Дилогия, страница 155 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

– Океан, – ответил Педру и подошел к столу.

Студенты ждали Кузю в конце площади. Их стало пятеро: на парапете, свесив ноги, сидел худой загорелый парнишка с длинными волосами, собранными в хвост. Когда Кузя подошел, он обернулся и, широко улыбнувшись, спрыгнул на светлые камни мостовой.

– Я – Афонсу, – проговорил он, протягивая узкую ладонь с длинными пальцами. Кузя пожал ее и ощутил странную симпатию к мальчику. Он был младше остальных, лет тринадцать-четырнадцать на вид, и внешне удивительно походил на Педру. Если бы, конечно, грозный див был обычным человеческим мальчишкой.

– Я знаю, что ты бештафера, – тихо проговорил Афонсу и заговорщицки подмигнул.

– Эх… – расстроенно протянул Кузя, – все теперь знают.

– Нет, не все. Остальным не рассказали. Я просто видел твое крещение. И боевое построение, после того как ты не смог поцеловать крест.

– Ты был у фонтана, что ли? А что же не участвовал в крещении? Ты же из республики «Портвейн», так? – Кузя покосился на вышитый рисунок на куртке Афонсу – стилизованную букву А в круге.

– Он калойру. Его, как и тебя, только-только посвятили. Поэтому ему еще нельзя носить капу. А потом ментор Педру появился. Афонсу и не подошел. У них… кхм… недавно возникли разногласия.

– Ерунда, – тряхнул головой Афонсу, – зато сейчас я вовремя. Праздничный обед-то будет? – он хлопнул Кузю по плечу. – Я чуть не разорился, когда проставлялся!

– Это потому, что за тебя не платил ментор Педру, – усмехнулся Хосе. – Сколько он выделил? Не пожадничал?

Кузя достал из кармана несколько банкнот и задумчиво повертел их в руке. Он понятия не имел, много у него денег или мало. Пять голов немедленно склонились над купюрами.

– А что, неплохо, – вынес вердикт Серхио, – надо звать остальных. Куда идем?

– За башню, – предложил Афонсу. – К семье Фернандеш. У них отличное вино к обеду.

– Мал еще, вино ему к обеду, – Ана отвесила мальчишке шуточный подзатыльник, – сначала до Сущности дорасти!

– Что за «Сущность»? Еще одно посвящение? – догадался Кузя.

– Да. Следующее, – пояснил Афонсу. – Но я его еще не прошел. Обещали к Рождеству и что-то особенное, – он кивнул на товарищей.

– Обещали, обещали… – Ана махнула рукой. – А ну бегом за остальными, зови всех к Фернандешам! Не знаю, как вино, а мясо у них божественное.

– И вот такими кусками, – согласился Серхио, широко разведя руки.

Афонсу сорвался с места. Кузя только прищелкнул языком: мальчишка двигался едва ли не со скоростью дива. Серьезный вырастет из него колдун.

– Пойдем и мы. А ты запомни, – обратилась к Кузе Ана, – кроме нас пятерых, о том, что ты бештафера, никто не знает. Студенты профессора Силвы в окно не пялились, больше у фонтана никого не было. Так что держись легенды.

– Да, конечно, – обрадовался Кузя. Руки он по настоянию Педру снова тщательно намылил и очень надеялся, что его больше не заставят целовать серебро, – но лицо на всякий случай намылил тоже, только гораздо более тонким слоем. Да и не выдержит мыло на губах долго, особенно во время еды. Тем более что обещали огромные куски мяса.

– Тогда подумай вот о чем, – продолжила Ана. – Видишь ли, у нас по закону бештаферам нельзя заходить в заведения, где едят люди. Ни в кафе, ни в рестораны, ни в столовые.

– Как это нельзя? – возмутился Кузя. – Это еще почему? То есть не просто за стол с хозяином нельзя садиться, а вообще заходить?!