Книга Расследования графа Аверина. Комплект из 3 книг, страница 297 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

– Прекрасно. – Виктор сел на стул.

– Ой, тарелки, – спохватился Кузя и принялся расставлять их по столу, осторожно, чтобы не упали, сдвигая блюда с разной снедью.

– Стулья еще надо из кабинета принести, – закончив, сказал он и убежал.

– Хорошо его Маргарита выдрессировала, смотрю. – Виктор улыбнулся.

Снова раздался звонок. Аверин взялся за трость.

– Я открою. – Виктор встал.

– Благодарю.

На пороге появился Фетисов, но не успел он войти и раздеться, как подошел Мончинский. Рядом с ним невозмутимой статуей возник Владимир. Он принял у хозяина шубу и шапку, повесил их и посторонился, пропуская колдунов вперед.

Зашел Кузя со стульями.

– Ой, все пришли уже! – Он быстро приставил стулья к столу и осмотрел получившуюся картину:

– Эх. Тесновато.

– Ничего, – махнул рукой Аверин и продолжил: – Прошу всех к столу. Кто хочет горячий грог или кофе – не стесняйтесь, говорите Кузе, он у нас теперь профессионал.

– Как же я люблю эту фразу: «Все к столу», – обрадовался Виктор и уселся на стул рядом со своей чашкой с кофе. Аверин занял свое кресло, Фетисов пристроился в углу возле книжной полки.

– А где же Коржик? – спросил Аверин. Он уже отвык видеть полицейского колдуна без пса.

– В участке, с вашего разрешения, с Расом. Тот диковат еще… привыкает потихоньку, за ним приглядывать надо.

Владимир отодвинул стул, чтобы Мончинский сел, сам же отошел и замер у стены за спиной колдуна.

Аверин поднял на него взгляд и указал на свободный стул:

– Владимир, а ты чего стоишь? Садись. – Он повернулся в Кузе: – И ты не мельтеши.

Кузя немедленно плюхнулся на свой любимый стул возле окна. Хорошо хоть поставил его нормально, а не задом наперед, как обычно. Аверин снова посмотрел на Владимира. Тот не двинулся с места, но его лицо приобрело растерянное выражение. Уголки губ приподнялись вверх и подрагивали, взгляд метался от Аверина к Мончинскому. Див то ли ожидал разрешения, то ли просил поддержки. Аверин, пожалуй, впервые видел на лице Владимира настолько яркие эмоции.

– Вы же не против, Сергей? – Аверин сам обратился к Мончинскому. – В моем доме принято, что дивы едят вместе с людьми. Тем более именно дивы в наибольшей степени заслужили это пиршество.

– Нет… Нет-нет, конечно, я не против, – пробормотал Мончинский, на его губах появилась странная улыбка. – Садись, Владимир.

Владимир подошел и осторожно сел на край стула. Его глаза широко распахнулись, словно он только теперь увидел все, что было расставлено по столу.

– Тут компот и молоко, это специально для дивов, – ободряюще улыбнулся Аверин и заметил, что, воспользовавшись заминкой, Кузя потянулся рукой к лежащим на блюде котлетам. Аверин строго посмотрел на него, и Кузя немедленно отдернул руку.

– Возьми вилку. То, что тебя посадили за общий стол, в первую очередь означает, что ты должен вести себя как человек.

Кузя послушно взял вилку и повертел ее в руках.

– Вот зачем люди постоянно придумывают какие-то сложности? – Он наколол котлету и обратился к Виктору: – А где Дракула?

– Он дома, с моими. Я подумал, он будет нервничать рядом с тобой и Владимиром. Так, пора, пожалуй, и налить. – Он потянулся за коньяком.

– Да, вы правы, – согласился Аверин. – Кому налить водки? – И взял стоящую рядом бутылку.

Кузя активно использовал вилку по назначению. Уже скоро его тарелка не вмещала в себя все, что он в нее сложил. Див завертел головой, то ли смутившись, то ли в поисках, что бы еще использовать как посуду. И наткнулся взглядом на пустую тарелку Владимира.