Онлайн книга «Смертельная месть»
|
— Посмотрите сами — боюсь, вам не понравится. Снейдер жестом пригласил Марка следовать за ним. В сопровождении двух сотрудников полиции они спустились по лестнице в подвал. Уже на пути вниз Снейдер почувствовал запах расплавленного металла. В конце ступенек была приварена толстая белая защитная дверь. За ней располагалась полностью меблированная, элегантная квартира с мраморными полами, занимающая весь подвал, — со спальней, гостиной и читальным залом, современной миникухней и безбарьерной душевой кабиной. Узкие световые люки даже пропускали в комнаты немного света из сада. Очень тихо играла музыка — по стилю произведение напоминало концерт Вивальди. И хотя работал кондиционер, в воздухе стоял сильный запах туалетной воды, который ассоциировался у Снейдера с пожилыми мужчинами лет восьмидесяти, — аромат, который не соответствовал изысканному стилю этой квартиры и безуспешно пытался замаскировать запах старости, плохих зубов и… да, мочи тоже. Снейдер вскоре понял причину. В темной нише, между книжным стеллажом и торшером, на низком стуле кто-то сидел. Седой, почти лысый мужчина, который теперь поднял руку и потянул за шнурок выключателя торшера. Энергосберегающая лампочка постепенно становилась ярче, и ей потребовалось некоторое время, чтобы разгореться в полную силу. Теперь выяснилось еще больше подробностей. Старик сидел не на стуле, как первоначально предполагал Снейдер, а в инвалидной коляске. Он вытолкнул себя дрожащими руками из ниши и медленно покатился к Снейдеру. — Боже мой! — воскликнул Марк, увидев его. Мужчине было далеко за девяносто. Он был бледен как смерть, словно провел последние несколько десятилетий исключительно в этой подвальной квартире. «Заключенный? Нет!» — подумал Снейдер и внезапно осознал правду, увидев морщинистые, тонкие руки мужчины. На одном пальце был массивный перстень с зеленым малахитом в форме головы игуаны. — Полковник доктор Гётц Хильдебрандт? — спросил Снейдер. — С кем имею удовольствие? — прохрипел старик искаженным электронным голосом. Видимо, у него больше не было гортани и голосовых связок. Вместо этого — искусственное отверстие в горле с трубкой, через которую он хрипло дышал, а также голосовой протез. На носу сидело пенсне. Линзы были испачканы, а носовые упоры оправы уже глубоко врезались в воспаленную кожу. Сидевший перед ним старик был скорее мертв, чем жив. — Я знал, что день будет ужасным, — пробормотал Снейдер, — но на вас не рассчитывал. — Я заботился о безопасности этой страны и поддерживал ее функционирование, когда вы и ваши коллеги еще гадили в подгузники. — Полковник Хильдебрандт прижал палец к фильтру в гортани, чтобы его было слышно, когда он говорил. Другой рукой он принялся теребить пуговицы на кардигане, но не смог их расстегнуть. — Что, давит? — спросил Снейдер. — Скоро вам будет не до смеха… — Я полагаю, вы живете здесь в своем личном изгнании уже больше двадцати лет, — предположил Снейдер. — С тех пор, как в вас стреляли в Ростоке и вы были объявлены в розыск, верно? — Вы говорите так, будто я заключенный, — сказал старик дребезжащим голосом. Снейдер бросил короткий взгляд на Марка, который поморщил нос, затем снова посмотрел на полковника. — Разве нет? — Я… — прохрипел Хильдебрандт, — сколько мог боролся с классовым врагом. |