Книга Смертельная месть, страница 158 – Андреас Грубер

— Отсюда и намек на Вивальди и его «Времена года», — предположил Пуласки. — Единственный вопрос в том, откуда клиенты знают, что паролем должен быть концерт Вивальди… но мы наверняка выясним это позже.

Теперь у них было определенное временное окно, в рамках которого им нужно было искать, и с этого момента все пошло быстрее. В течение следующего получаса они обнаружили четкую закономерность: в середине квартала три энергичные дамы предлагали своим клиентам отправить заказ на работу, используя определенный пароль, и вскоре после этого один из заказов подтверждался VSU. Вскоре они нашли несколько десятков соответствующих объявлений.

— При текущем годовом обороте в два миллиона, — отметила Мийю, — они получают в среднем 500 000 евро за заказ.

«Верно!» Снейдер приподнял бровь. Адриана, безусловно, могла позволить себе такой гонорар. А в случае с Варравой, который исчез в середине 1990-х годов за, предположительно, сопоставимую сумму, это могли быть состоятельные родители одного из убитых им детей.

Помимо чудовищно высокой стоимости, подготовка к такому заданию, безусловно, была одной из причин, по которой фирма бралась только за четыре заказа в год. К тому же, не знай они меры, им бы не удалось так долго оставаться незамеченными.

Марк шумно втянул ртом воздух.

— Вы знаете, что это означает? Если они убирают одного человека в квартал и действуют с начала 1990-х годов, то у нас…

Он потерял дар речи.

— Сто двадцать жертв, — закончила Мийю.

Час спустя они все еще сидели в офисе. Практикантка принесла им кофе и свежие булочки из службы кейтеринга. Шторы были уже подняты, а окна распахнуты. Все они потягивались и моргали в лучах солнца, которое низко висело над крышами города, словно оранжевый огненный шар.

Снейдер ограничил зону поиска, и IT-специалисты целенаправленно загружали страницы с архивными объявлениями, опубликованными в середине каждого квартала. Теперь им была ясна концепция фирмы. Помимо одинаковых временных рамок, существовала еще одна закономерность, объединяющая все случаи: заказы выполнялись на территории бывшей ГДР. По крайней мере, это касалось тех объявлений, которые им уже удалось связать с конкретными делами.

Помимо исчезновения Хельге Варравы, они наткнулись и на другие случаи. В октябре 2010 года российский политик и критик режима Тимофеев исчез в аэропорту Берлина, а в декабре 2005 года радиоведущая Силке Ауэр пропала из отеля в Магдебурге, на подземной парковке которого остался только ее открытый «порше». Летом 1999 года это была фрау Радтке из программы защиты свидетелей в отеле Ростока на Балтийском море, где даже произошла перестрелка с полицией, а в ноябре 1989 — прокурор Хагедорн на парковке аэропорта Дрездена.

Помимо этих пяти случаев, они обнаружили еще несколько и изучили соответствующие материалы расследования. Результаты оказались более чем скудными. Ни в одном случае не последовало требований о выкупе. Никто из людей больше не объявился. Тела так и не были найдены.

— Если взглянуть на прошлое пропавших людей, — сказала Мийю, словно разговаривая сама с собой, — то всегда найдется веская причина их исчезновения.

— Что ты подразумеваешь под словом «веская»? — спросил Марк.

— Освобожденный убийца, политический оппонент, опасный свидетель, неудобный юрист по конституционному праву или радиоведущая, вышедшая замуж за коррумпированного политика.