Книга Амур с гранатой, страница 25 – Дарья Донцова

Холодова взяла бумажную салфетку и начала ее складывать.

– Ну и понадобилась ему малышка-донор. А нет подходящей! Андрей Николаевич у папы спросил, какая группа крови у нас с Натальей. Отец честно ответил: «А фиг их знает! Обе здоровы».

Холодова смяла салфетку и выдернула из держателя другую.

– Мы все тогда жили в однокомнатной квартире на задворках Москвы. Денег в семье не хватало. Мне было четыре, Наташе – девять. Отец не мог похвастаться большим заработком. Мама наша была медсестрой, оклад тоже получала смешной. Родители изо всех сил экономили. Я в детском саду оставалась на пятидневку, Наташу с продленки в школе последней забирали. У мамы ночные смены бывали, отец иногда за полночь домой приходил. Мы были нищие! Вот такое положение.

Вера поежилась.

– И вдруг! Мне сказали, что я заболела, привезли в клинику. Там дядя в белом халате пообещал меня вылечить. Но предупредил, что придется потерпеть. Потом меня уложили в кровать, и врач этот воткнул мне в руку иголку. Было так больно! Я рыдала, изворачивалась! Меня ремнями к койке пристегнули. Лежать пришлось долго. Зато потом дали такой обед! Куриный суп, котлетки с овощами и… мороженое! Прямо Новый год у меня был! И еще – вот уж праздник так праздник! – подарили куклу! На обратном пути папа, веселый, как никогда, купил к чаю пирожных. Спустя какое-то время мама спросила: «Помнишь дядю, который тебя лечил?» Я кивнула. «Надо продолжить курс», – сказала мама. Из моих глаз хлынули слезы, но они вмиг высохли, потому что папа быстро сказал: «Тебе в больнице подарок дадут».

Вера улыбнулась.

– За игрушку я оказалась готова на все. Опять сделали больно, но я только тихо заныла. И после завершения процедуры получила замечательного плюшевого медведя и вкусную еду. Папа в кондитерской торт взял.

Вера опустила уголки рта.

– Поездки к Никодимову стали на постоянной основе. И жизнь нашей семьи изменилась кардинально. Мама из простой медсестры стала старшей, начала руководить средним персоналом. Родители купили дом! Представляете? После жалкой «однушки» у нас появились коттедж с участком и просторная квартира, в которой я до сих пор живу. Мне тогда уже десять исполнилось, я «болела», регулярно «лечилась» у Андрея Николаевича. Наташе было пятнадцать, и она меня ненавидела. Понимаете?

– Нет, – ответила я. – Вы обижали старшую сестру?

– Никогда! – воскликнула Вера. – Но она, когда мне, малышке, впервые куклу подарили, закатила скандал. Увидела игрушку, спросила: «А где моя Ляля?» Отец ответил: «Ты здорова, а Верочка больная. Куклу ей за терпение во время очень неприятной процедуры вручили». Наташа нахмурилась, вечером стала жаловаться на головную боль, демонстративно закашляла, потом продемонстрировала градусник с отметкой «тридцать девять» и объявила: «Мне тоже надо к тому врачу!»

Холодова усмехнулась.

– Влетело ей тогда от матери! И вот с того дня Наталья стала моим врагом. Действовала она хитро. При старших была ласковой, заботливой. Если же оставались одни, то тут хоть из дома беги. Наталья меня била, щипала с вывертом, толкала что есть сил и смеялась, когда я падала. Чего она только не делала! Слабительное мне в еду подливала, из тетрадей листы выдирала, платья рвала и говорила: «Мама, смотри, эта неряха опять одежду в негодность привела!» Но родители меня никогда не наказывали, а вот Наталью за такое отношение ко мне ругали: «Она маленькая, больная, как тебе не стыдно?» И с каждым годом сестра меня все больше и больше ненавидела.