Книга Яйца раздора, страница 22 – Галина Балычева

Но на нашу беду, в указателе не было вообще никаких «столбов» — ни белых, ни серых, ни зеленых. Не было даже оранжевых.

Тут в дверях появилась тетя Вика с огромным тюком (неужели это была палатка?), а следом за ней семенила сухонькая седенькая старушка — очевидно, Вероника Матвеевна, у которой все есть. Рядом с высокой и полной тетушкой (тетя Вика весит немногим меньше центнера) маленькая сухонькая Вероника Матвеевна смотрелась мелкой серой мышью. Но вдруг она произнесла неожиданно густым басом, непонятно каким образом исходившим из ее плюгавенького тела:

— Здравствуйте, барышни. — От неожиданности мы вздрогнули. — Вот, извольте, — старушка протянула деревянный, отполированный прикосновениями многих рук футлярчик, — компас моего мужа.

В слове «компас» Вероника Матвеевна сделала ударение на втором слоге на морской манер.

— Вещь хоть и старая — девятнадцатый век, но работает исправно. В дороге пригодится. — Старушка протянула прибор.

Тетя Вика разложила на диване принесенные от соседки вещи. Здесь оказались два спальных мешка, палатка и один надувной матрас.

— Замечательно, — похвалила старушек Лялька, — с такой экипировкой мы теперь — хоть куда. Плохо только то, что мы не знаем — куда. Ведь никаких Белых столбов на карте нет.

Услышав про Белые столбы, Вероника Матвеевна удивленно вскинула брови и спросила, что, собственно, Лялька имеет в виду.

— Тетя Вика сказала, что Фира отправился в Белые столбы, — пояснила я. — Но ни на одной карте никаких «столбов» нет, и как до них добраться, неизвестно.

— Свят-свят, — перекрестилась Вероника Матвеевна, — когда ж это с ним случилось-то, Викушенька? Такой хороший был мужчина.

При слове «был» тетя Вика схватилась за сердце и тяжело опустилась на диван.

— Ну так как же? — не обращая внимания на эмоции старушек, бестактно встрялаЛялька. — Где тут у вас Белые столбы и как до них добраться?

Вероника Матвеевна зябко поежилась и, нервно теребя камею на груди, произнесла тихим басом:

— А что тут искать-то? У нас только одна психиатрическая больница, другой нет. Сейчас справочник принесу. — Старушка засеменила к выходу.

Теперь я уже ничего не понимала.

— Стойте! — крикнула я и опустилась на диван рядом с тетушкой. — При чем здесь психушка-то?

Вероника Матвеевна остановилась и, растерянно посмотрев сначала на меня, потом на тетю Вику, пробасила:

— Но вы же сами сказали, что Ферапонт Семенович лежит в психиатрической больнице. — Она быстро-быстро захлопала ресницами.

Я возвела очи к люстре, набрала в легкие побольше воздуха, посчитала до десяти... и спокойно сказала:

— Хорошо, давайте начнем все с начала.

Я повернулась к тете Вике.

— Где живет родственник Фиры, то есть... тьфу!.. родственник приятеля Фиры?

— В Больших холмах, — вместо тетушки быстро ответила Вероника Матвеевна. — Ферапонт Семенович сам говорил, что они собираются ехать в Большие холмы в гости к какой-то Марфе. Помнишь, Вика? — она протянула к тетушке свою сухонькую лапку, унизанную сразу несколькими перстнями. — Когда он приезжал к тебе на прошлой неделе, он сам рассказывал, что у родственницы его приятеля, Якова, в Больших холмах собственный дом с садом и что в этом самом саду ананасы растут. Помнишь?

Про дом и сад тетушка сразу же вспомнила и слова Вероники Матвеевны подтвердила.