Книга Круиз с покойником, страница 97 – Галина Балычева

Спальный коридор верхней палубы контролировали отец и Сева. Они засели в отцовой каюте, готовые выскочить оттуда в любую минуту.

Командовал операцией, естественно, Климов. Он со значительным лицом руководил нашими действиями, знаками показывал, куда надо идти и что делать, беззвучно ругался, недовольный нашей непонятливостью, и вообще вел себя, как всегда, вызывающе.

По его сигналу одетая в Аллочкино вечернее платье Лялька выбралась из своего укрытия и медленно пошла по палубе вдоль борта яхты.

Дойдя до середины, она остановилась, оглянулась назад, как бы спрашивая, можно ли действовать дальше, и, получив разрешение, подошла вплотную к окну кутузовской каюты и прилипла к стеклу. Что она там увидела, неизвестно, но похоже, что Кутузов ее не увидел. Поэтому Лялька постояла-постояла да и постучала в окно своим «дорожным» газовым пистолетом. Вообще-то у Ляльки и настоящие пистолеты имеются и даже винтовки. Все-таки она охотник. Но этот пистолет потому и называется «дорожный», что она всегда берет его с собой в дорогу, куда бы ни ехала.

— В общем-то это не оружие, — говорит Лялька, — а так, пукалка для острастки. Но все-таки с ним как-то спокойнее.

Увидев в Лялькиных руках пистолет, Климов чуть не взвился за своей тумбой, за которой он прятался.

— Откуда у нее оружие? — прохрипел он. — Она что с ума, что ли, сошла?

Но ему никто не ответил — не до него было.

После того, как Лялька постучала в окно кутузовской каюты, там, видно, произошло кое-какое движение, потому что Лялька резко отпрянула назад и пошла вдоль борта в сторону кормы. Идти Лялька старалась не спеша и с присущей ей грацией. Но по напряженной спине было видно, что она далеко не спокойна. Да и кто на ее месте был бы спокоен, когда в любую минуту сзади на тебя можетнаброситься убийца.

Подойдя к краю борта, Лялька ухватилась за поручни и романтично уставилась на проплывающие мимо берега. Ветер красиво трепал ее свежевыкрашенные светлые волосы, ярко-красное вечернее платье плотно (даже слишком плотно) облегало Лялькину фигуру, а шифоновый шарфик резво бился по ветру. Короче, ни дать, ни взять картинка из девятнадцатого века.

Я сидела в своем укрытии и, замерев как мышь, боялась даже дышать — не дай бог произвести какой-нибудь шум. Впрочем, это было совершенно излишним. Гул работающих двигателей и плеск воды с лихвой перекрывали все остальные звуки. Так что в принципе можно было не только спокойно дышать, но и даже слегка шевелиться. Но я старалась не делать ни того, ни другого и словно превратилась в соляной столб.

Неподалеку от меня за какой-то здоровенной железной тумбой сидел на корточках Климов. Он тоже замер в ожидании и был похож сейчас на гончего пса. Он весь напрягся, подобрался и было видно, что в любую секунду готов сорваться с места и броситься Ляльке на помощь.

Я глянула в сторону капитанской рубки. Там картина была похожая: к стеклу прилипли две потные от нервов физиономии — Борькина и капитанова. Капитан в эту ночь тоже не спал и из солидарности принимал участие в нашей операции.

Я засмотрелась на капитанскую рубку и чуть было не прозевала момент, когда ситуация у борта вдруг резко переменилась. Сначала я даже не поняла, что произошло. Все-таки шум двигателей здорово перекрывал все остальные звуки.