Книга Секрет австрийского штруделя, страница 75 – Анна Акимцева

– На балконе повешу, – буркнул он, выходя их кухни.

– Ты кефир обещал, – как ни в чем не бывало, произнесла я, едва Димка вернулся в кухню.

Вместо ответа он молча доставал коробку с кефиром из холодильника, а из шкафчика стакан. Все это поставил передом мной.

– Сама нальешь? – бросил он.

– Дим, ну что ты завелся? Я тебя так сильно обидела? – я никак не могла понять причины столько бурной реакции Смирнова. Даже стыдно стало, словно я, действительно, обманула маленького ребенка, отняла у него конфетку.

Смирнов сел за стол напротив меня. Хмуриться не перестал.

– Нет, не обидела. Просто мне сложно тебя понять. Буквально час назад у тебя отобрали сумку, вчера на тебя покушались, в воскресенье, некто проник к тебе в квартиру и убил там твою соседку. А ты скачешь, словно ничего не произошло.

Вот оно оказывает, в чем дело. Не нравится господину бывшему полицейскому, что охраняемая им жертва обстоятельств, не визжит от страха, не бьётся в падучей от ужаса.

– Как же по твоему мнению мне нужно себя вести? Голову пеплом посыпать от горя? – с вызовом спросила я. Улыбаться и уговаривать Смирнова сменить гнев на милость мне расхотелось.

– Звезда моя, испугаться, тебе нужно испугаться, и перестать себя вести как «баба на танке», –говоря это, Димка открыл коробку с кефиром, перелил ее содержимое в стакан, придвинул ко мне.

Мне стало так…обидно! Зачем требовать от меня тех эмоций, которые я старательно, много лет изживаю в себе, не показывая окружающим свою слабость, испуг, неуверенность. Столько раз за эту неделю мне хотелось забиться в угол, спрятаться под стол, схватить Максима и улететь в тайгу, например, к медведям.

Я встала и подошла к окну. Уже наступила прозрачная, светлая июньская ночь. Но город не спит. За окном широкий проспект, с его, почти, новогодней иллюминацией, машины неторопливо снуют по дороге, где-то слышны музыка, смех, люди гуляют, всем весело, и завтра суббота, выходной. Все просто и хорошо.

В носу противно защипало, подступили слезы. А Алекс, между прочим, надо мной не насмехался, не запугивал. Был вежлив и тактичен.

Стараясь отвлечься, я попыталась представить себе ночную Вену и, каково это, смотреть вот так, из окна не на наш родной проспект, а на улицы Австрийской столицы. Как закончится эта история, я обязательно слетаю куда-нибудь на отдых. Просто так, одна. И телефон отключу.

От нервного напряжения я даже отщипнула листочек у растущей на подоконнике бегонии.

Димка тихонько подошел ко мне, обнял. Я почувствовала, как нежно его губы касаются моей щеки. Не зная как себя вести, повернулась к нему лицом. Наши взгляды встретились.

– Дим, ты что? – спросила я, вытянув вперед руку, преграждая дальнейшие попытки Смирнова, приблизится ко мне.

– Я что-то сделал не так?

– Дим, ну как бы тебе объяснить…. Я все понимаю, совместная беготня за противником сближает, но…..Не терплю одноразовый секс, под адреналин или алкоголь.

– Надо же, как пафосно. А со мной возможны только такие отношения? – судя по выражению лица, Смирнову было ну очень сильно неприятно. – Ах, прости меня, великодушно, запамятовал про приезд австрийского принца, куда же нам плебеям.

На последних словах он вышел из кухни, громко хлопнув дверью.

Пребывая в полной растерянности, села за стол, залпом выпила кефир. Выходить было страшно. До меня наконец-то дошло, как сильно я обидела человека. Но и он хорош, зачем все это сейчас, когда в моей жизни и в моей голове царит кавардак. Было слышно, как отодвигаются ящики комода, как открываются дверцы шкафа, как поскрипывает паркет под ногами Смирнова.