Книга Секрет австрийского штруделя, страница 105 – Анна Акимцева

– Ульяна! Опасность! Пустить квартира чужой. Я слышать! – Смирнов весьма невежливо спародировал акцент профессора. – За руки нас хватал. Требовал немедленно мчаться к тебе, – добавил он.

Так втроем они и поехали – меня спасать.

– Представляешь, какой Алекс – молодец! – на этих словах Димка одобрительно хлопнул Эдера по плечу. – Если бы мы не успели, то вы, девчонки мужика точно добили бы!

Значит, своим спасением я обязана именно Алексу! А Димка, воодушевленный представившимся случаем помотать австрийцу нервы, не посматривал на трансляцию камер. Что сказать – молодец! Рыцарь!

Стоявший в центре гостиной Роман хлюпнул носом. И все наконец-то увидели, что кровь у него и не думает останавливаться, заливая не только его одежду, но и пол вгостиной. Я поспешила принести перекись, бинты и вату, но первую помощь, пострадавшему от наших с Оксанкой рук, оказывал Воронцов, верно опасаясь, что воинственно настроенные девушки своих обидчиков в живых не оставляют.

– Кто мне внятно объяснит, что тут произошло? – заливая перекисью рану от когтей на лице Романа, осведомился следователь.

– Я, я погу, – загундосил Роман.

– С Вами, гражданин, попозже побеседуем, – остановил его Воронцов.

«Внятно объяснить, что тут произошло…, – повторила я про себя. – Судя по тому, что я сегодня услышала от Романа, начинать нужно аж с 1945 года…Или все же о ладанке промолчать? Рассказать только о флешке?».

Я задумалась, сопоставляя факты и события последних полутора месяцев, прошедших с пропажи у Ковальковой флешки. Мне вспомнилось, что именно в это время поведение моей дражайшей подруги, по отношению ко мне, сильно потеплело. Это было необычно, даже для нашей давней дружбы. Анька старалась проводить со мной больше времени, напрашивалась в гости, приглашала к себе, придумывая разные поводы для совместных походов в кафе. Вела какие-то пространные разговоры о дружбе и преданности. О том, что предательство друзей – это страшный грех. Потом Ковалькова мне предлагала денег взаймы, без процентов, на долгий срок, чем поразила меня до глубины души, ибо Анькина скупость была общеизвестным фактом. Денег она, в том числе и близким друзьям, могла ссудить только под очень большой процент.

Мне, если честно, в условиях ремонта, переезда, тотальной занятости по работе, эти изменения не показались странными, я расчувствовалась, приняв это поведение Ковальковой за заботу об уставшей подруге.

Сейчас же, события, наложенные на информацию из и выкриков Романа, очень ладно сошлись в единое целое. Мне стало понятно решительно все. За исключением того, что же содержится в приснопамятной флешке. Ведь ее потеря, стала катализатором, превратившим приличных людей в убийц и грабителей.

– Захожу к Ульянке, а этот, ее по лицу долбит, – выпалила Фомина, пока я сопоставляла факты и раздумывала какой порцией узнанной мной правды стоит поделиться с собравшейся публикой.

Алекс, стоявший рядом со мной, развернулся и заботливо провел рукой по моей пылающей щеке.

– Он Вас бил? – спросил он.

Жест этот, оказавшийся каким-то интимным, не остался незамеченным Смирновым.По руке Алексу он не залепил, но наградил таким взглядом, от которого мне стало неловко.

– Оксана, а зачем Вы пришли к Марковой? – вдруг задал вопрос Воронцов.