Книга Трафт 1, страница 54 – Виталий Конторщиков

Это…Это мне? --Она так очаровательно смущалось что во мне взыграл Дон Жуан и я чуть не бахнулся на колено. Но сдержался и произнёс.

-- Прими мою искреннюю благодарность за спасённую жизнь, только волею судеб и твоими стараниями мне дано лицезреть столь прекрасный лик. На веки я раб твой и вечный должник, проси что хочешь, всё исполню. -- По-моему, немного перебор, вон как глазёнки таращит, ещё и ротик приоткрыла, но очень быстро сориентировалась.

-- Я, это, повелеваю откушать с нами яств заморских и отдохнуть с дороги долгой. -- Весело рассмеявшись, она поволокла меня за руку в свои катакомбы, активно размахивая своим букетиком.

Спустившись на минус третий этаж, она сразу повернула, и вскоре мы вошли в просторное помещение, отгороженное несколькими перегородками. С первого взгляда стало понятно, что это какая-то лаборатория. Колбы, мензурки, пробирки, мерные ложки, банки, да много чего, всё это хозяйство было аккуратно разложено по полочкам и стояло на столах.

Аркадий Иванович сидел за широким столом, и занимался крайне увлекательным делом, крутил ручку как на мясорубке, только на месте фарша весело мотылялась баночка с какой-то жёлтой жидкостью. Повернувшись, он посмотрел на меня.

-- А, пришёл, молодец спасибо. Присаживайся за обеденный стол, я скоро закончу.

Уговаривать меня не пришлось, Наташка сразу подорвалась и куда-то убежала, а я ей ведь даже не представился, запоздалая мысль мелькнула и сразурастаяла, глупо думать, что она не знает моё имя. Иванович оторвался от своего увлекательного занятия, и, убрав агрегат в стол, присел напротив меня. Несмотря на моё болезненное состояние, мне хотелось задать тысячу вопросов, но он молчал, лишь постукивая пальцами по столешнице, а самому начать разговор я посчитал не этичным. А потом, я про него просто забыл, уловив своим голодным обонянием божественный аромат жареного или пареного мяса.

Словно лебёдушка вплыла наша кормилица, неся своими хрупкими ручками поднос с тремя тарелками, а на них лежало сокровище. Не, Нибелунги и рядом не стояли. На здоровом куске мяса, ещё продолжали пузыриться нежные жёлтые шарики обжаренного жира, красная мякоть подрагивала, истощая сильнейший аромат, мгновенно снёсший мне крышу. Чего мне стоило не вцепиться зубами в этот божественный шмат, я не знаю, наверно я просто оцепенел от увиденного чуда, не до конца веря в реальность.

Тарелка легла прямо передо мной, раздался удивительный смех, словно кучу колокольчиков спустили с горы. Зажав свои руки больными коленями, я откинул голову, стараясь даже не дышать. Наташка опять убежала, а на меня с широкой улыбкой смотрел Аркадий, и такой у него был взгляд, наверно как у человека, который отогрел и накормил бродячего пса.

Как же сложно-то а? Но я терпел, вот что значит превозмогать, а не банальный бег с утра до вечера. Наша прекрасная девушка опять вошла с подносом, на стол легли три? Кусочка, белого? Хлеба, сок и… Яблоки, настоящие сука, яблоки, чуть пожухлые, маленькие и зелёные, но… Она чинно уселась и сделала приглашающий жест рукой.

Сам от себя удивляясь, я неспешно отпилил ножом кусочек мяса и, запихав себе в рот, стал медленно и тщательно прожёвывать. Да я монстр превозмогания. Мы чинно кушали, ничего вкусней я не пребывал в жизни, хоть мясо было и жестковатым но оказывается так даже лучше--жевалось оно дольше. Пока потребляли пищу, мы молчали, вот только эти двое явно за мной наблюдали и наверно потирали ручки, от радости, теперь-то я их с потрохами. Когда они на пару прыснули от смеха, я аж подавился. Наташа, сразу приложив ладошку к груди, залепетала.