Книга Макс Охотник. Книга 3, страница 67 – Виталий Конторщиков

— Да я и сам хочу, я его никогда не видел, никакого.

В этом мире Москва — свободный город под юрисдикцией России, ну законы наши и общие, охранение тоже за нами, а так, торгуй, учись, тупи, воруй, работай — кто хош, и тебе ничего не будет, почти, десятину всё равно заплатишь. Кроме того, это большой торговый хаб, и сухопутный, и морской. Срединное море является центральным всего нашего континента, и размерчик у него как у реальных — Чёрного, Азовского и Балтийского, вместе взятых, и плюс Средиземное, почитай пол Индийского Океана. Самые Крупные страны обязательно какой-то частью его касаются для торговли и всякого такого. Вот у нас Москва примыкает как порт, а дальше Волга — река, в море впадает, а на ней Новгород — Великий располагается, очень важное для всех стран море.

Сам город раскинулся в естественной приморской низменности и с нашего места просматривался просто прекрасно, пока приходили в себя, сидели и смотрели. Для этого исторического периода он был просто огромен, как десять или двадцать Каменецков, если не больше. Никакой стены не было и в помине, не считая Кремлёвской, вот она была, и Кремль был, прям по центру города. С виду, огромная мешанина разных домов и построек. Многие были изготовлены из дерева, их большинство, камня, их поменьше, и из кирпича, тех совсем мало. Цветовая гамма очень многообразна, как восточный ковёр, пестрело и бурлило всё.

Даже отсюда была видна деловая городская суета, а вдали голубело линзой Срединное море. Нашу негу и расслабон прервали самым хамским образом.

— Ей, фьють, ластоногие, чо пердельниками землю обнимаем, айда с нами в пати, не очкуем друзья, фрагоф на гринде от вольного, за базар отвечу.

Напротив, нас, в метрах пяти стояли три колоритных персонажа судя по шмоту отыгрывали пацанчики «за рогу». Всё те же банданки, как и у нас, кожа-рожа, клёпочки, ирокезики и конечно, казаки ботиночки, на куцых ножках. Ножиками всякими они были завешаны от души, даже по два засопожника имели. Давненько я такого игрового сленга не слышал, в наших краях только поначалу молодёжь язык англицизмами курочит, а потом только изредка вставляют. Тут похоже на нём если не все, то многие просто разговаривают.

Приглядевшись к их круглым бейджам, нифига не удивился — «Скауты», молодёжное крыло клана «Огни Москвы». А их главныйвсё не успокаивался.

— Друзья, но что вы как не родные, айда с нами, не ссать, будете кайтить, мы всё сами, в понятиях же. Слышь бро, а ты чо петов к своей култышке привязал, думаешь сбегут, та не ссы, от нас не убегут, аха-ха-ха, не могу, но ты и поц.

Меня же занимал огонёк вызова на моём интерфейсе, ну што ж, послушаем старого кореша.

— Макс, это я, твой корешь Опарыш, привет друже, слышь, просьбочка к тебе будет, не трогай болезных по братски, они нам нужны, я их щас уведу, не удивляйся.

За спинами местной гопоты нарисовался дружище Опарыш, возникнув как всегда из воздуха. Он сразу обратился к понтовитому чуваку.

— Гриня, к шефу срочно!? — Морда у роги скривилась, он, окинув нас взглядом, и с улыбочкой помахал нам рукой. — До встречи друзья, до встречи. — Ну и как у них принято они испарились, но только не для меня, перейдя на магическое зрение, я их прекрасно видел, ещё некоторое время они в невидимости стояли на месте, пока их не позвал ещё раз дружище Опарыш. Нада вопрошающим взглядом посмотрела на меня.