Книга Макс Охотник. Книга 3, страница 2 – Виталий Конторщиков

Пока я задумчиво шёл домой, ковыряясь потихоньку в планшете изредка поглядывая на дорогу, ловил на себе странные взгляды идущих навстречу людей, становилось немного неприятно, и я, убрав девайс, ускорился. Моя квартира встретила меня запахами новой мебели, и не считая вездесущий пыли, идеального порядка, пройдясь по своему жилью, не кривя душой, остался очень доволен. Кухня, скорее даже гостиная была квадратной формы и имела приличную площадь, метров двадцать квадратных, она даже ненамного, но превосходила зал или скорее спальню, так вот, на ней располагался кухонный гарнитур угловой формы, газовая плита с духовым шкафом, большой уголок, стол, стулья и стеллаж, ещё на стене висел телевизор.

В самой же спальне всё было просто и функционально, диван, журнальный столик, горка, опять телевизор на стене, бельевой шкаф, и даже висели шторы почему-то без занавесок, туалет, ванна, кладовая, всё имело нужные вещи, было устроено просто и смотрелось замечательно.

Довольный как слон, в конце концов решил разуться, и тут… И тут я увидел себя в зеркальном отражении, в своей новой прихожей, всё моё настроение «стремительным домкратом» обгоняя мысли, жахнуло вниз. Я уже так отвык от вида себя настоящего, что так и стоял, хлопав глазами как дурак и ошарашенным взглядомпялился в зеркало. Но чудес не происходило, на меня всё так же смотрел практически вчерашний бомж, для полноты картины я разделся догола… Дааа, вот так пападос.

Донельзя рахитичный, высушенный, желтушный человек. Мою худобу наглядно подчёркивали торчащие ключицы и выступающие рёбра, нет жирок был, но на пузике, изящно многоцветном и завораживающе круглым, вот прям идеальный полу шар. Ну а лицо, да ладно чё там — морда, всё так же щерилась давно выбитыми передними зубами и мешками под глазами, спадающими на растёкшийся нос. Нет, это была конечно уже не та морда, с которой я попал сюда, далеко не та, но прошло ещё очень мало времени, чтобы она пришла в порядок, всё-таки я молодой парень и всё можно вернуть.

Теперь я отчётливо понимал, о чём говорил товарищ майор, и почему люди смотрели на меня таким взглядом, в них явно читался вопрос — как я сюда вообще попал. А ещё я подумал о Наденьке, каково ей, с таким типом как я, в нашем мире жить-то, ладно, рано я размечтался, но и сбрасывать себя со щитов тоже не собирался. Пиликнула почта на планшете, моя прелесть написала, что бы я куда нибудь сходил и поел без неё, она ещё с девчонками посидит. Что я и собирался сделать, ну кухня — держись.

На центр опускалась ночь, но работа тут не останавливалась некогда, как у мартеновской печи прям, наверно самое удачное сравнение. Я быстро нашёл военную столовую и зайдя внутрь огляделся, зал приёма пищи впечатлял своими размерами, и что характерно он не пустовал, за небольшими столами на четверых, в разных местах сидели и кушали военные, да и не по форме людей хватало.

Подойдя к терминалу, я приложил свой пропуск к электронному считывателю, через секунды что-то пиликнуло и миленький голосок предложил проследовать к раздаче, тут меня слегка удивили два подскочивших матроса, вот правда матроса, в абсолютно белой форме с полосатыми фартуками, тельняшкой и гюйсом, на головах у них были поварские колпаки. Доброжелательно объяснив, что для меня включён режим шведского стола, с посещением в любое удобное для меня время, предложили набирать с раздачи, что душа желает и располагается на баночке за любым бачком.